Поиск по сайту
Перейти к контенту

Главное меню:

Работа адвоката в романе Сидни Шелдона "Гнев ангелов"

Авторы - статьи > Борисов Вячеслав

Автор: Вячеслав Борисов
Написано: 26.01.2014

Опубликовано: 29.10.2020



Сидни Шелдон. Гнев ангелов. (Выписка).
// Москва. 1993 г. Изд. "Новости", 368 с. Тираж 100 000 экз. Серия "Мировой бестселлер". Роман.
Перевод с англ. Ирины С. Коноплевой, Сергея Л. Коноплева. На англ. языке книга издана в 1980 г.
* Подг. к печати: 26 января 2014 г. www.криминальныйсаратов.рф. Вяч. Борисов.
Прим. Вяч. Борисов: Текст романа, выделенный жирным шрифтом, осуществлен мною.
*
<…> Нью-Йорк. 4 сентября 1969 года. Стр. 11.
<…> Атакующий его лев был Роберт Ди Сильва, агрессивный окружной прокурор округа Нью-Йорк, представляющий на суде народ. Стр. 11.
*
<…> Шрамы на лице Роберта Ди Сильвы говорили о том, что в молодости он был боксером. Однажды на ринге он убил человека, но никогда не сожалел об этом. С тех пор сочувствия в нем не прибавилось.
Роберт Ди Сильва был крайне честолюбив. Он пробил себе путь наверх без помощи денег и влиятельных покровителей. Поднимаясь по ступенькам власти, он облекся в личину цивилизованного защитника народа, но внутри оставался приверженцем грязной борьбы, никогда не забывавшим и не прощавшим поражений. Стр. 12.
*
<…> В кабинете окружного прокурора собралось двадцать пять юристов, большинство из которых были выпускниками юридических факультетов. Все они сгорали от нетерпения начать работу с окружным прокурором Нью-Йорка. Стр. 14.
*
<…> Повернувшись к группе, Ди Сильва продолжал:
- Я знаю, почему вы тут собрались. Вы будете крутиться вокруг меня, набираясь опыта и перенимая мои хитрости, а когда почувствуете, что достаточно поднаторели, смотаетесь, дабы стать известными адвокатами по уголовным делам. Но всего лишь один из вас, возможно, будет достоин когда-нибудь занять мое место. – Ди Сильва кивнул помощнику. – Приведите их к присяге.
Покорно они произнесли слова присяги.
Когда с этим было покончено, Ди Сильва сказал:
- Вы теперь представители судебной власти, принявшие присягу, да поможет вам Господь. Здесь вам предстоит работать, но не слишком раскатываете губы. Вам придется зарыться в различные правовые документы по самую макушку, готовить проекты всевозможных бумаг – повесток, ордеров, делать все то, чему вас учили в университете. Пройдет пара лет, прежде чем я вас подпущу к ведению судебного процесса. Стр. 15.
*
<…> Дженнифер хорошо подготовилась к работе. Она знала, что окружному прокурору подчиняются четыре отдела – судопроизводства, апелляций, по расследованию вымогательств и мошенничества. Дженнифер не знала, в каком отделе предстоит работать ей. В Нью-Йорке было пять окружных прокуроров – по числу районов, и более двухсот помощников прокуроров. Самым ответственным районом, несомненно, был Манхэттен – вотчина Ди Сильвы.
Теперь Дженнифер сидела за столом обвинителя, наблюдая Роберта Ди Сильву за работой, - могущественного, безжалостного инквизитора. Стр. 16.
*
<…> Занимая пост consigliere* в мафиозном синдикате, он считался одним из самых ловких адвокатов в стране. * (Юрист, работающий на мафию (лат.). Стр. 17.
*
<…> "Акулий промысел" – ссужение денег под огромные проценты. Стр. 17.
*
<…> Право быть судимым себе подобными – присяжными заседателями – вот то лежало в основе каждой свободной нации. Дженнифер подумала о тех странах, где не существовало таких залов заседаний, где любого могли вытащить из постели среди ночи, подвергнуть пыткам и убить, не объясняя причин: Иран, Уганда, Аргентина, Перу, Бразилия, Румыния, Россия, Чехословакия… Нескончаемый список.
"Если бы американский народ лишили этой власти, - подумала Дженнифер, - если бы у граждан отняли право быть судимыми судом присяжных, Америка перестала бы существовать как свободная страна". Она была частичкой этой власти, и, стоя здесь, Дженнифер почувствовала прилив гордости. Она сделает все возможное, чтобы не уронить честь суда, укрепить его авторитет. Стр. 21.
*
<…> Адвокатская фирма "Нидхэм, Финч, Пирс энд Уорнер" располагалась в доме номер тридцать по Уолл-стрит, занимая целый этаж. В фирме работали сто двадцать пять юристов. Здесь витал дух денег и присутствовала ненавязчивая роскошь, подобающая солидной организации с известным именем. Стр. 38.
*
<…> - Еще чаю, Адам? – спросил Стюарт Нидхэм.
- Нет, спасибо. – Адам Уорнер ненавидел чай, но был вынужден пить его каждое утро на протяжении последних восьми лет, чтобы не обидеть своего тестя. Нидхэм собственноручно готовил этот отвратительный на вкус напиток. Стр. 39.
*
<…> - Никогда не знаешь, какая услуга нам может понадобиться от окружного прокурора, Адам. Quid pro quo*. * (Одно вместо другого (лат). Стр. 40.
*
<…> Адам Уорнер прочитал еще тридцать страниц стенограммы. Роберт Ди Сильва перепробовал все способы, разве что не бил Дженнифер Паркер резиновой дубинкой. Но она стояла на своем. Стр. 42.
*
<…> После чтения стенограммы Адам пришел к выводу, что против Дженнифер нет явных доказательств. Пока она сама не сознается или пока не всплывет какая-нибудь информация, подтверждающая ее вину, Ди Сильва ничего с ней сделать не сможет. Он рассчитывал, что Адам даст ему возможность отомстить.
Застенографированные ответы были ясными  и точными, и все же Адаму хотелось услышать голос пытающейся доказать свою невиновность Дженнифер Паркер. Стр. 43.
*
<…> Роберт Ди Сильва слыл мстительным человеком, а Дженнифер была уязвимой жертвой. Красивая, молодая и умная идеалистка. Стр. 53-54.
*
<…> Были дни, недели и месяцы, когда Дженнифер была готова все бросить. На двери все еще висела табличка "Дженнифер Паркер. Адвокат", но вряд ли это могло кого-нибудь обмануть. И уж тем более саму Дженнифер. Она не занималась адвокатской деятельностью. Целыми днями, и в дождь и в снег, она моталась по городу, разнося повестки людям, которые ненавидели ее за это. Изредка она брала мелкие дела, помогая престарелым получать талоны на бесплатную еду, или давала консультации неграм и пуэрториканцам, живущим в гетто. Но удовлетворения от этого она не получала. Стр. 54.
<…> Но ей был нужен не просто мужчина. Она нуждалась в человеке, который бы заботился о ней и о котором заботилась бы она. Стр. 54.
*
<…> Проститутки часто обращались к Дженнифер, чтобы она выступила в роли их поручителя. Она была поражена, что некоторые из них отличались молодостью и красотой. Все это давало Дженнифер небольшой, но постоянный доход. Она никак не могла выяснить, кто направлял их к ней. Стр. 56.
*
<…> Несколько раз Дженнифер предлагали заняться бракоразводными делами, но она неизменно отказывалась. Она до сих помнила, как говорил один из ее преподавателей по юриспруденции: "Развод в адвокатской работе занимает такое же место, как проктология в медицине". У многих адвокатов, занимающихся бракоразводными делами, была дурная слава. Ведь разводящаяся пара всегда видела все в другом свете, нежели адвокат. Высокооплачиваемых адвокатов, специализировавшихся на разводах, называли "бомбардирами", так как они использовали "тяжелую артиллерию" закона, чтобы выиграть дело, однако нередко при этом уничтожая и мужа, и жену, и детей. Стр. 56.
*
<…> Дела, с которыми клиенты обращались к Дженнифер, были мелкими, но она обогащалась бесценным опытом. За месяц Дженнифер побывала во всех кабинетах здания суда, расположенного на Сентер-стрит, и познакомилась с людьми, которые там работали.
Когда ее клиентов арестовывали за кражи в магазинах, бродяжничество, проституцию или продажу наркотиков, Дженнифер направлялась в суд, чтобы оформить поручительство.
- Арестованный может быть выпущен под залог в 500 долларов.
- Ваша честь, но у арестованного нет таких денег. Если суд уменьшит сумму залога до 200 долларов, он снова сможет работать и содержать семью.
- Хорошо, 200 долларов.
- Спасибо, Ваша честь.
Дженнифер познакомилась с заведующим канцелярией, куда направлялись все копии отчетов о совершенных арестах.
- Опять ты, Паркер! Господи, ты что – никогда не спишь?
- Привет, лейтенант. Моего клиента задержали по обвинению в бродяжничестве. Можно посмотреть список арестованных? Его зовут Коннери. Клэренс Коннери.
- Послушай, крошка, зачем тебе приходить сюда в три часа ночи, чтобы освободить какого-то бродягу?
- Чтобы не слоняться по улицам, - улыбнулась Дженнифер.
Она узнала, как работает ночной суд, заседающий в зале номер 218. Это был темный, непонятный мир со своим жаргоном. Стр. 58.
*
<…> Ночной суд угнетал Дженнифер. Человеческая волна откатывала и вновь набегала, ударяясь о берег правосудия.
Более ста пятидесяти дел разбиралось каждую ночь. Кого здесь только не было – проститутки, трансвеститы, прирожденные алкоголики и наркоманы. Чередой проходили пуэрториканцы, мексиканцы, евреи, ирландцы, греки, итальянцы. Их обвиняли в ограблениях и кражах, незаконном хранении оружия и сбыте наркотиков, изнасиловании и проституции. У всех была общая черта – все они были бедными. Они были бедными, побежденными и потерянными. Это были отбросы процветающего общества. В основном это были жители Центрального Гарлема, но, так как тюрьмы были переполнены преступниками, все они, кроме самых отпетых, отпускались на свободу или подвергались штрафу. Они возвращались домой на авеню Св. Николаса, Морнингсайд и Манхэттен-авеню, где на площади в три с половиной мили проживали 233 тысячи негров, 8 тысяч пуэрториканцев и примерно один миллион крыс.
Большинство клиентов Дженнифер были подавлены бедностью и существующей системой. Это были люди, давно махнувшие на все рукой. Дженнифер обнаружила, что их страхи давали ей уверенность в себе. Она не чувствовала себя выше них. Вряд ли она могла служить примером головокружительного успеха. И все же между ней и ее клиентами была большая разница – она никогда не сдавалась. Стр. 59.
*
<…> Она не могла позволить себе взяться за громкое дело, выиграть которое у нее не было ни малейшей возможности. Стр. 61.
*
<…> Если раньше у Дженнифер и была какая-то личная жизнь, то теперь о ней пришлось забыть. Если она не встречалась с Эйбрахамом Уилсоном, то все время проводила в своей конторе. С утра до поздней ночи она читала все, что попадалось ей под руку об убийствах, преднамеренных и непреднамеренных. Она изучила сотни апелляционных судов, приговоров, описаний вещественных доказательств, постановлений, стенограмм. Она просматривала справочную литературу о самозащите, умышленных убийствах, временном помешательстве.
Она пыталась найти возможности сделать так, чтобы Эйбрахама Уилсона судили только за непреднамеренное убийство.
Эйбрахам не собирался убивать того человека. Но поверят ли в это присяжные? Особенно местные. Здесь, в городке, люди ненавидели заключенных. Дженнифер подала запрос о переносе суда в другое место. Ее прошение было удовлетворено. Суд должен был состояться в Манхэттене.
Дженнифер предстояло принять важное решение – позволить ли Эйбрахаму Уилсону выступать в суде? Он выглядел устрашающе, но, если бы присяжные услышали всю историю из его уст, возможно, они бы прониклись к нему жалостью. Сложность заключалась в том, что обвинение непременно вытащит на свет его уголовное прошлое. Тогда станет известно, что у него на совести еще одно убийство.
Дженнифер было интересно, кто из помощников окружного прокурора Ди Сильвы будет ее соперником. У него было немало хороших юристов, и Дженнифер постаралась изучить их манеру ведения процесса. Стр. 65-66.
*
<…> Она направлялась к окружному прокурору. Прошел почти год с тех пор, когда она в последний раз встречалась с Ди Сильвой. Дженнифер не собиралась сражаться с ним снова. Она хотела сообщить ему, что отказывается защищать Эйбрахама Уилсона.
Три бессонные ночи провела Дженнифер, прежде чем решилась на это. В конце концов она решила, что так будет лучше для ее клиента. Дело Уилсона было не таким уж важным, чтобы им занимался Роберт Ди Сильва. Единственная причина, которая заставила его взяться за это дело – участие Дженнифер Паркер. Ди Сильва жаждал мщения. Он хотел преподнести ей урок. Поэтому в конце концов она решила, что у нее нет другого выбора, кроме как отказаться от защиты Уилсона. Она не хотела, чтобы ему вынесли смертный приговор лишь только потому, что она когда-то совершила ошибку. Если она не будет его адвокатом, Ди Сильва не будет так суров с Уилсоном. Стр. 67.
*
<…> Окружной прокурор перебил ее.
- Давайте перейдем на язык, который вам будет более понятен, адвокат. Можете взять свои смягчающие обстоятельства и засунуть себе в задницу! – Он встал и продолжал дрожащим от ярости голосом. – Вы хотели прийти к согласию, леди? Да вы разрушили всю мою жизнь! Есть труп, и ваш черномазый приятель получит вышку! Ясно? Я лично прослежу, чтобы его отправили на электрический стул. Стр. 68.
*
<…> - У тебя есть хоть один шанс добиться оправдания Уилсона?
- С точки зрения пессимиста, это выглядит так: я пытаюсь выиграть свое первое дело у самого ловкого окружного прокурора страны, который мечтает отомстить мне, а мой клиент – закоренелый негр-убийца, лишивший жизни человека на глазах у ста двадцати свидетелей.
- Кошмар. А с точки зрения оптимиста?
- Надеюсь, что за день до суда меня собьет грузовик. Стр. 69.
*
<…> До начала суда оставалось десять дней. Дженнифер сообщили, что судьей назначен Лоренс Уолдман, который председательствовал на суде над Майклом Моретти и который пытался лишить ее звания юриста. Стр. 70.
*
<…> Эйбрахам Уилсон сидел за столом защиты, возвышаясь над всеми, как олицетворение зла. Он был одет в темно-синий костюм, который был ему мал, и белую рубашку с галстуком, что купила ему Дженнифер. Но и это не помогло. Эйбрахам Уилсон выглядел настоящим убийцей. Стр. 72.
*
<…> …- за бравадой крылся страх. Но на всех остальных – включая судью и присяжных – он производил гнетущее впечатление. От этого гиганта исходила угроза. Присяжные будут смотреть на него, как на человека, которого надо бояться, которого надо уничтожить.
У Эйбрахама Уилсона не было ни одной черты, которая вызывала бы сочувствие. Его уродливое лицо со шрамами, с перебитым носом и беззубым ртом, его громадное тело внушали страх. Стр. 72.
*
<…> Сначала Дженнифер собиралась выбирать присяжных исключительно из негров, но теперь она была не уверена – стоит ли это делать? Эйбрахам Уилсон не был одним из них. Он был отступником, убийцей, "позором их нации". Они могли осудить его с большей готовностью, чем белые. Все, что ей оставалось, так это не допустить в жюри явных расистов. Но расисты не кичатся в открытую своими взглядами. Они ждут удобного момента, держа свои предрассудки в тайне. Стр. 73.
*
<…> Он умело настраивал присяжных против Эйбрахама Уилсона, не переходя при этом юридических границ, чтобы защита не могла выступить с протестом.
Дженнифер посмотрела на лица присяжных. Не было никакого сомнения, что Ди Сильва убедил их. Они были согласны с каждым его словом. Они кивали и хмурились. Разве что не аплодировали ему. Ди Сильва был дирижером, а они – его оркестром. Дженнифер еще никогда такого не видела. Каждый раз, когда окружной прокурор упоминал имя Эйбрахама Уилсона – а он делал это почти в каждом предложении, - присяжные смотрели на подсудимого. Дженнифер предупреждала Эйбрахама, что не следует смотреть на присяжных. Она несколько раз напоминала ему, чтобы он смотрел куда угодно, но только не в сторону жюри, потому что исходящий от него вызов мог разозлить присяжных. К своему ужасу, Дженнифер обнаружила, что Эйбрахам не сводит глаз с жюри, глядя прямо в глаза присяжным. В них кипела злоба. Стр. 75.
*
<…> Когда Дженнифер встала, чтобы обраться к присяжным с речью, она почувствовала их враждебность и нетерпение. Когда в учебниках они читала, что по лицам можно определить отношение присяжных, она скептически расценивала подобные утверждения. Но теперь – нет. Она ясно видела, как к ней относятся присяжные. Они уже решили, что ее клиент виновен, и чувствовали нетерпение, потому что Дженнифер тратила их время, заставляя сидеть здесь, когда они могли бы заниматься более важными делами. Так сказал их друг окружной прокурор. А Дженнифер и Эйбрахам Уилсон были врагами. Стр. 76.
*
<…> Она знала, что бесполезно пытаться очернить главных свидетелей. У присяжных уже сложилось мнение, что только по ошибке Раймонд Торп не был причислен к лику святых. Охранники, тщательно подобранные Робертом Ди Сильвой, свидетельствовали, что Торп был образцовым заключенным, совершал добрые поступки и помогал другим осужденным стать на путь истинный. То, что Раймонд Торп сидел в тюрьме за ограбление банка и изнасилование, казалось лишь крохотным пятнышком на его безупречной репутации.
Позиции защиты ослаблялись еще и описанием внешности Раймонда Торпа. Это был невысокий человек, всего 5 футов и 9 дюймов (Приблизительно 168 см. – Прим.). Роберт Ди Сильва сыграл на его росте и все время напоминал об этом присяжным. Он нарисовал перед ними картину, как Эйбрахам Уилсон подло набросился на этого щуплого человечка и ударил его головой об стену, убив на месте. По мере того как Ди Сильва рассказывал об этом, присяжные все упорнее не сводили глаз с гигантской фигуры Уилсона, сидящего за столом защиты. Рядом с ним все казались карликами. Стр. 77.
*
<…> - Подсудимый, встаньте, пожалуйста, - сказал судья.
Эйбрахам Уилсон с вызовом посмотрел на него, а затем медленно поднялся во весь рост – 6 футов и 4 дюйма (Приблизительно 193 см. – Прим.). Стр. 78.
*
<…> Судебное разбирательство оказалось гораздо хуже, чем могло привидеться Дженнифер в ее ночных кошмарах. Она чувствовала, что присяжным не терпится вынести смертный приговор. Стр. 78.
*
<…> Вы уже слышали, как безжалостный, жестокий обвиняемый ростом в 6 футов и 4 дюйма напал без всякой причины на Раймонда Торпа ростом всего в 5 футов и 9 дюймов. Картина, которая столь тщательно была нарисована обвинением, показывает садиста и бандита, убивающего своего товарища без видимой причины. Но ответьте мне на вопрос: разве во всех поступках не присутствует причина? Алчность, ненависть, похоть, что-либо еще? Я верю – и поэтому защищаю своего клиента – что существовала причина для убийства. Единственная причина, которая оправдывает убийство, это, как сказал окружной прокурор, самозащита. Человек берется за спасение своей жизни. Вы слышали, как Ховард Паттерсон засвидетельствовал, что в тюрьме случаются убийства, что заключенные изготавливают себе оружие? Значит, существует возможность, что Раймонд Торп был вооружен подобным оружием, и именно он напал на обвиняемого. А тот, стараясь защитить свою жизнь, убил его. То есть убил в порядке самообороны. Если вы решите, что Эйбрахам Уилсон жестоко – и без всякого повода – убил Раймонда Торпа, тогда вы можете назвать его виновным. Но если после ознакомления с вещественными доказательствами у вас возникнут в этом сомнения, вы должны оправдать моего клиента. – Было видно, что Дженнифер тяжело держать ящик. – Когда я впервые увидела, что находится внутри, я не поверила своим глазам. Вам тоже будет трудно в это поверить, но я хочу, чтобы вы вспомнили – заместитель начальника тюрьмы Синг-Синг принес этот ящик сюда не по доброй воле. Здесь, дамы и господа, собраны орудия убийства, тайно изготовленные заключенными Синг-Синга.
Направляясь к присяжным, Дженнифер споткнулась и потеряла равновесие. Ящик выпал у нее из рук, крышка открылась, и содержимое рассеялось по полу. Раздались возгласы удивления. Присяжные стали подниматься с мест, чтобы получше разглядеть лежащие на полу предметы. Их глазам открылась леденящая кровь коллекция смертоносного оружия. Здесь было не менее ста предметов всех размеров и форм. Тесаки, ножи, кинжалы, заостренные ножницы, обрез, нож для разделки туш. Были здесь и приспособления для удушения в виде проволоки с деревянными ручками на концах, заостренный лом, мачете.
Зрители и репортеры стояли, вытянув шеи, чтобы получше рассмотреть этот устрашающий арсенал, валявшийся на полу. Судья Уолдман нетерпеливо постучал молоточком, призывая к порядку. Он посмотрел на Дженнифер и увидел на ее лице довольную улыбку. Когда к ней поспешил секретарь суда, чтобы помочь собрать оружие, Дженнифер отрицательно покачала головой.
- Спасибо. Я сама справлюсь.
Под взглядами присяжных и зрителей, Дженнифер опустилась на колени и стала складывать оружие в ящик. Она делала это не спеша, рассматривая каждый образец, прежде чем положить его на место. Присяжные уселись на свои места, но продолжали неотрывно наблюдать за Дженнифер. Ей понадобилось пять минут, чтобы уложить оружие в ящик. Ди Сильва сидел задыхаясь от гнева. Стр. 83-84.
*
<…> Когда присяжные с хмурыми лицами возвратились в зал, сердце Дженнифер бешено забилось. Она поняла, что они вынесли смертный приговор. Из-за нее казнят человека. Ей не следовало браться за это дело. Она была просто сумасшедшей, если думала, что может выиграть дело у такого опытнейшего юриста, как Ди Сильва. Стр. 87.
*
<…> Посмотрев на листок бумаги, судья Уолдман произнес:
- Вердикт присяжных гласит, что Эйбрахама Уилсона следует считать невиновным. – В зале начали вставать с мест, и последние слова судьи потонули в гуле голосов. Дженнифер окаменела, она не могла поверить своим ушам. Не в силах вымолвить ни слова, она повернулась к Эйбрахаму Уилсону. Некоторое время он смотрел на нее своими маленькими глазками, затем его лицо расплылось в улыбке. Он обхватил ее своими ручищами, и Дженнифер чувствовала, что сейчас расплачется. Стр. 87.
*
<…> С бесстрастным лицом судья Уолдман продолжал:
- Почти всегда, когда выносится приговор, я знаю, свершилось правосудие или нет. Сейчас у меня такой уверенности нет. – Дженнифер ждала, что он скажет что-нибудь еще.
- Это все, мисс Паркер.
В тот день телевизионные выпуски новостей и первые страницы вечерних выпусков газет снова были посвящены Дженнифер Паркер, только на этот раз она была героиней. Ее называли Давидом, поразившем могучего Голиафа. Во всех газетах были фотографии Дженнифер, Ди Сильвы и Эйбрахама Уилсона. Дженнифер жадно читала посвященные ей статьи, наслаждаясь каждым словом. Приятно чувствовать вкус победы после стольких лишений. Стр. 88-89.
*
<…> Ей звонили из газет и журналов, с радио и телевидения. За один день она стала знаменитостью. Были и другие звонки, о которых раньше она могла только мечтать. Представители крупных фирм, которые раньше и слышать о ней не хотели, спрашивали, когда ей удобно будет с ними встретиться.
В своем кабинете Роберт Ди Сильва кричал на своего первого помощника.
- Я хочу, чтобы ты подготовил мне личное досье на Дженнифер Паркер. Сообщай мне о всех ее клиентах. Ясно? Стр. 91.
*
<…> Их было трое: Ник Вито, Джозеф Колелла и Сальваторе Фьоре по прозвищу Цветочек.
Ник Вито был похож на покойника. Тонкие, почти невидимые губы и глубоко посаженные зеленые глаза лишь усиливали это сходство. На нем были туфли стоимостью в двести долларов.
Джозеф Колелла по кличке Гигант, был похож на гранитный монолит. Когда он шел по улице, создавалось впечатление, что он появился здесь из сказок о великанах. Однажды кто-то сравнил его с огородом: "У Колеллы нос, как картошка, уши, как капустные листья, мозг с горошину".
У Колеллы был высокий голос и вид добряка, впрочем, это было обманчивое впечатление. У него была скаковая лошадь, и он любил играть на скачках, безошибочно угадывая победителей. У него было шестеро детей, и он обожал свою семью. Его специальностью были пистолеты, кислота и цепи. Его жена, Кармелина, была набожной женщиной, и по воскресеньям, когда Колелла не работал, он всегда ходил  с семьей в церковь.
Третий из них, Сальваторе Фьоре, был похож на карлика. Ростом он был пять футов и три дюйма, а весил сто пятнадцать фунтов. (Приблизительно 160 см, 52 кг. – Прим.). У него было ангельское личико мальчика из церковного хора, что не мешало ему ловко управляться с ножом и пистолетом. Он нравился женщинам, и кроме жены и любовницы, у него была дюжина подружек. Раньше Фьоре был жокеем и работал на ипподромах от Пилмико до Тихуаны. Когда один из инспекторов на ипподроме оштрафовал Фьоре за то, что он дал лошади допинг, его тело было найдено через неделю плавающим в озере.
Все трое были солдатами в "семье" Антонио Гранелли, но так как они попали сюда благодаря Майклу Моретти, то были преданы ему душой и телом. Стр. 92.
*
<…> Антонио Гранелли.
Тридцать два раза его привлекали к суду, но он был осужден только один раз за мелкое правонарушение. Гранелли был безжалостным человеком, не признававшим никаких правил. Стр. 93.
*
<…> Майкл находил перспективные компании, и "семья" входила в их состав в качестве младшего партнера, постепенно скупая все акции. Старые компании с безупречной репутацией внезапно оказывались на грани банкротства. Процветающие компании становились жертвами Моретти и начинали приносить невиданные доходы, так как их рабочие контролировались профсоюзами, подчиняющимися мафии, страховались в страховых компаниях, подчиненных мафии, и покупали машины в магазинах, принадлежащих мафии. Майкл создал гигантскую империю, целую сеть компаний, где потребителя постоянно доили, и это молоко текло к мафии.
Несмотря на свой успех, Майкл знал, что его положение ненадежно. Показав Антонио Гранелли заманчивые горизонты законного бизнеса, он перестал быть ему нужен. Он дорого обходился ему, так как в самом начале договорился, что будет получать небольшой процент от каждого дела. Все были уверены, что речь идет о сущей мелочи. Но, увидев, какие фантастические прибыли приносят идеи Майкла, Гранелли задумался. По чистой случайности Майкл узнал, что Гранелли провел совещание, где обсуждался вопрос, что делать с Майклом Моретти.
- Уж слишком много денег оседает в карманах этого парня, - сказал Гранелли. – Надо от него избавиться.  
Майкл разрушил эти планы, женившись на единственной дочери Гранелли, девятнадцатилетней Розе. Стр. 94.
*
<…> Как раз в это время Гранелли обсуждал вопрос, каким способом ему лучше избавиться от Моретти. Когда перед ним предстали Роза и Майкл, сообщив, что они любят друг друга и собираются пожениться, старика чуть удар не хватил. От бешенства он кричал, приводя сотни причин, по которым это нельзя сделать. Но в конце концов настоящая любовь победила, и он устроил дочери шикарную свадьбу. Стр. 95.
*
<…> - Да, кстати, Майкл, - как бы между прочим сказал Антонио Гранелли, - раз ты теперь член семьи, может, мы пересмотрим те проценты, что я тебе плачу?
Майкл похлопал его по плечу.
- Спасибо, папа, но нам этого хватит. Я могу купить Розе все, что она пожелает.
Он повернулся и пошел к гостям, чувствуя, как старик смотрит ему вслед. Стр. 96.
*
<…> Еще в детстве Майкла будоражили истории о мафии. Отец рассказывал ему о "Сицилийской вечерне" 10 сентября 1931 года, когда началась война гангстеров за власть. За одну ночь новые мафиози уничтожили более сорока гангстерских боссов старой гвардии, прибывших в Америку из Италии и Сицилии.
Майкл принадлежал к новому поколению. Он избавился от старого мышления и был полон свежих идей. Стр. 96-97.
*
<…> - Я уже обо всем подумала. У меня будет своя фирма. Стр. 102.
<…> Улыбнувшись, он сел.
- Вы меня неправильно поняли, мисс Паркер. – Дженнифер изумленно посмотрела на него, пытаясь вспомнить, откуда он ее знает. – Я – Ли Браунинг из "Холланд энд Браунинг". – Это была одна из самых престижных юридических фирм в Нью-Йорке. – Мне просто хотелось поздравить вас с блестящей победой.
- Спасибо, мистер Браунинг.
- Вы сильно рисковали. Защита была обречена на провал. – Он изучающе посмотрел на нее. – Главное правило, когда у вас безнадежное дело, состоит в том, что надо спрятать его от газетчиков. Пусть вся слава достается победителю, а самому надо уходить в тень. Вы нас всех провели. Вы уже заказали себе выпить? Стр. 104-105.
<…> - Я хочу заполучить вас к себе в фирму. Представляю, сколько у вас сейчас предложений.
- Да, кое-что предлагают…
- Наша фирма занимается корпоративным бизнесом, но часто наши самые влиятельные клиенты вступают в противоречие с законом, и мы нуждаемся в услугах адвоката, ведущего уголовные дела. Думаю, мы в состоянии сделать вам весьма заманчивое предложение. Не могли бы вы зайти к нам в удобное для вас время и обсудить условия?
- Спасибо, мистер Браунинг. Мне очень лестно это слышать, но я решила работать сама. Надеюсь, у меня получится. Стр. 105.
*
<…> Дженнифер закончила читать материалы суда в три часа утра. Она выключила свет, но никак не могла заснуть. Перед ее глазами стояла Конни Гэррет. Двадцатилетняя женщина без рук и без ног. Она представила, как тяжелый грузовик сбил ее, ее страдания, серию операций, когда ей ампутировали конечности. Стр. 112.
*
<…> Знакомые юристы приглашали ее на так называемый "ужин с постелью", но ее это не интересовало. Ее независимость притягивала мужчин. Стр. 114.
*
<…> Пентхауз.
Фешенебельные апартаменты, занимающие весь верхний этаж небоскреба и, как правило, включающие крышу. Имеют отдельный лифт. С. 116.
*
<…> Ей нравилось ходить по квартире в рубашках Адама, надевать на ночь верхнюю часть его пижамы. Если он уходил, когда она еще была в постели, она ложилась на его место. Ей нравился запах его тела. Стр. 121-122.
*
<…> Единственным средством избавиться от навязчивых мыслей была работа, и Дженнифер с головой ушла в нее.
Она стала любимицей прессы, и все ее успехи в суде широко освещались в газетах и по телевидению. К ней обращалось больше клиентов, чем она могла принять, и, хотя ее специальностью было уголовное право, Кен посоветовал ей браться и за другие дела.
Без Кена Бэйли Дженнифер уже не могла справляться. Он блестяще выполнял все порученные ему расследования. Она часто обсуждала с ним различные вопросы и ценила его мнение.
Дженнифер и Кен снова переехали в более просторную контору. Дженнифер взяла к себе на работу двух расторопных молодых адвокатов, работавших раньше в штате Ди Сильвы. Она также наняла еще двух секретарш.
Первый адвокат, Дэн Мартин, бывший игрок в футбол из Северо-Восточного университета, обладал фигурой спортсмена и блестящим умом.
Второй – Тед Харрис, был застенчивым молодым человеком, носившим очки с толстыми стеклами. Это был настоящий гений.
Мартин и Харрис занимались всей черновой работой, а Дженнифер взяла на себя судебные разбирательства.
На дверях ее конторы было написано: ДЖЕННИФЕР ПАРКЕР И КОМПАНЬОНЫ.
Дела, которыми они занимались, были самыми разнообразными: от защиты крупной промышленной корпорации, обвиняемой в загрязнении окружающей среды, до рассмотрения жалобы пьяницы, которого избили и вышвырнули из бара. Пьяница, конечно, был подарком отца Райена. Стр. 122-123.
*
<…> Но Дженнифер понимала, что отец Райен защищает людей, которым никто не хочет помочь и у которых нет ни денег ни возможностей бороться с истеблишментом.
Слово справедливость почиталось только в учебниках по юриспруденции. В зале суда ни обвинитель ни защитник не стремились к восстановлению справедливости. Выиграть дело во что бы то ни стало, вот что их беспокоило. Стр. 123.
*
<…> В своем кабинете, расположенном в задних комнатах "Тони Плэйс", Майкл Моретти наблюдал, как Ник Вито тщательно проверял при помощи электронного устройства, нет ли где "жучков". Хотя благодаря своим связям с полицией Майкл знал, что власти не разрешают использовать подслушивающие устройства, но, кто знает, может, какой-нибудь ретивый детектив и поставит "жучок" в надежде добыть информацию. Майкл был острожным человеком. Его дом и его кабинет проверялись каждое утро и каждый вечер. Он знал, что был объектом номер один для дюжины юридических агентств, но это не волновало его. Он знал, что они делали, а они не знали, что делал он. А даже если бы и знали, то не смогли бы доказать.
Иногда ночью Майкл смотрел в "глазок" задней двери ресторана "Тони Плэйс" и видел, как агенты ФБР забирают мусор из баков, заменяя его другим.
Однажды Вито сказал:
- Босс, а если эти парни что-нибудь там откопают?
Майкл засмеялся.
- Ну и пусть. Они не знают, что перед их приходом мы меняемся мусором с соседним рестораном. Стр. 124.
*
<…> Только в зале заседаний Дженнифер спасалась от своих страданий. Зал заседаний был ареной, местом, где она могла сразиться с лучшими юристами-обвинителями. Зал заседаний был ее школой, и она была прилежной ученицей. Суд – это игра по определенным правилам, где побеждает сильнейший игрок, и она знала, что должна быть сильнее других.
Допросы свидетелей она проводила, как опытный театральный режиссер, учитывая продолжительность и ритм. Она научилась определять самого авторитетного присяжного и обращалась к нему, зная, что он может убедить остальных членов жюри.
По обуви она определяла характер человека. Дженнифер выбирала в жюри людей, носивших удобную обувь, потому что они отличались покладистым характером.
Она научилась стратегии – как строить весь процесс, и тактике – как маневрировать в течение дня. Она стала экспертом в выборе судей, симпатизирующих ей.
Долгими вечерами Дженнифер тщательно готовилась к каждому делу, следуя изречению: "Большинство дел выигрываются или проигрываются еще до начала суда".
Судебное заседание обычно заканчивалось в четыре часа, и если Дженнифер в это время допрашивала свидетеля, то за несколько минут до конца она буквально засыпала свидетеля каверзными вопросами, чтобы весь остаток дня присяжные были под впечатлением.
Дженнифер постигла язык жестов. Если свидетель врал, он трогал себя за подбородок, плотно сжимал губы, закрывал рукой рот, дергал себя за мочку уха или теребил волосы. Ни одно из этих движений не ускользало от Дженнифер, и она выводила лжеца на чистую воду.
Дженнифер обнаружила, что в мире уголовного права к женщинам относятся с предубеждением. Здесь властвовали мужчины. Среди адвокатов по уголовным делам было очень мало женщин, и некоторые адвокаты-мужчины недолюбливали Дженнифер.
Многие судьи тоже сначала относились к ней с пренебрежением. Многие дела, которые она вела, были грязными, и некоторые ставили знак равенства между ней и ее клиентами. Всем хотелось, чтобы она одевалась скромно, как Джейн Эйр, но она не шла ни у кого на поводу. Однако она была крайне осторожна в выборе одежды – Дженнифер надевала такие платья, чтобы они не вызывали зависть у присяжных-женщин, но так подчеркивали ее женственность, чтобы присяжные-мужчины не приняли ее за лесбиянку. Если бы она раньше услышала о таких хитростях, то просто рассмеялась бы. Но она обнаружила, что без этого ей не выжить в суровом мире, принадлежащем мужчинам. Ей приходилось работать в два раза больше и в два раза лучше, чем ее конкурентам. Дженнифер не только тщательно готовила свои дела, но и внимательно изучала дела своих противников. Лежа ночью в постели или сидя за столом в своем кабинете, она прорабатывала стратегию оппонентов. Что бы она сделала, будь она на другой стороне? К какой хитрости приберегла? Она была генералом, готовящим обе армии для смертельной битвы. Стр. 124-126.
*
Дело Лоретты Маршалл против Кэртиса Рандела III - по иску об установлении отцовства.
<…> В первый раз Лоретта Маршалл позвонила Дженнифер неделю назад. Мисс Маршалл просила, чтобы Дженнифер представляла ее в суде по иску об установлении отцовства против Кэртиса Рандела III, человека из высшего общества. Стр. 127.
*
<…> Дженнифер дала Кену список отелей, который передала ей Лоретта. Кен вернулся через два дня.
- Я все разузнал. Они провели две недели в отелях Палм-Бич, Майами и Атлантик-Сити. Восемь месяцев назад у Лоретты Маршалл родилась девочка. Стр. 127.
*
<…> - Есть какие-то проблемы?
- Да. Наша клиентка. Она спит со всеми подряд, включая футболистов команды "Янки".
- Ты хочешь сказать, что отцом ребенка может быть один из них?
- Им может быть почти каждый мужчина Палм-Бич. Стр. 128.
*
<…> Лоретта Маршалл вошла в кабинет. Дженнифер ожидала, что увидит смазливую, ветреную девицу. Но Лоретта Маршалл оказалась совершенно иной. У нее была обычная фигура, красотой она не отличалась, и вид у нее был, как у простой домохозяйки. Судя по количеству поклонников, она должна была выглядеть как настоящая секс-бомба. Но Лоретта Маршалл была похожа на школьную учительницу. Стр. 128.
*
<…> - Я ведь не о себе забочусь. Я хочу защитить Мелани. Она имеет право на получение алиментов от Кэртиса.
Дженнифер колебалась, взвешивая свое решение. Она сказала Лоретте правду – отцовство доказать чрезвычайно трудно, не говоря уже о том, что это будет для нее самой нелегким испытанием. Когда она займет место свидетеля, адвокаты защиты смешают ее с грязью. Они вызовут в суд всех ее бывших любовников, и в глазах присяжных она будет выглядеть самой настоящей проституткой. Дженнифер не хотелось быть втянутой в такое дело. С другой стороны, она верила Лоретте Маршалл. Та не была похожа на любительницу поживиться за чужой счет. Лоретта была уверена, что Кэртис Рандел –отец ее ребенка. Дженнифер приняла решение.
- Ладно, - сказала она, - попытаемся что-нибудь сделать.
Дженнифер договорилась о встрече с Роджером Дэвисом, адвокатом, представлявшим интересы Кэртиса Рандела. Дэвис был одним из партнеров солидной юридической фирмы с Уолл-стрит. Он занимал просторный кабинет в угловой части здания. У него был напыщенный и высокомерный вид, и Дженнифер почувствовала к нему антипатию. Стр. 129.
*
<…> - Мисс Паркер, я не буду выбирать выражения. Ваша клиентка – шлюха. Она трахается со всем, что шевелится. У меня есть список мужчин, с которыми она спала. Весьма внушительный список. Вы думаете, что мой клиент пострадает? Это ваша клиентка будет уничтожена. Насколько мне известно, она учительница. Так вот, когда я с ней разделаюсь, ее и близко не подпустят к детям. И вот что я вам еще скажу. Рандел полагает, что он отец этого ребенка. Но вам ни за что этого не доказать.
Дженнифер слушала его  с каменным лицом.
- Мы считаем, что ваша клиентка могла забеременеть от кого угодно. Вы хотите прийти к соглашению?  Прекрасно. Вот что я вам посоветую. Купите ей противозачаточные таблетки, чтобы с ней больше такого не случалось.
Дженнифер почувствовала, как ее щеки запылали.
- Мистер Дэвис, - сказала она, - это ваша маленькая речь обойдется вашему клиенту в полмиллиона долларов.
И она вышла из кабинета. Стр. 130.
*
<…> - Одного из моих парней, Васко Гамбутти, арестовали за убийство полицейского. Я хочу, чтобы ты была его защитником.
Дженнифер стало обидно и больно, потому что он снова хотел использовать ее.
- Извини, Майкл, - сказала она ровным голосом. – Я уже тебе говорила. Я не могу защищать… твоих друзей.
Он лениво улыбнулся.
- Ты никогда не слышала историю про маленького львенка из Африки? В первый раз он без мамы решил пойти на водопой, и его побила горилла. Пока он отряхивался, леопард столкнул его с дороги. Стадо слонов чуть не затоптало его до смерти. Дрожа, маленький львенок возвращается домой. "Знаешь, мама, тут настоящие джунгли!"
Воцарилась тишина. Да, здесь настоящие джунгли, подумала Дженнифер, но она всегда стояла рядом с ними, не заходя вглубь, чтобы в любой момент убежать. Она установила свои правила, и ее клиентам приходилось выполнять их. Но Майкл Моретти нарушил привычный уклад ее жизни. Это были его джунгли. Дженнифер боялась их, боялась, что никогда уже не выйдет оттуда. Но ведь он столько для нее сделал.
Она окажет Майклу эту услугу. Но только один раз. Стр. 255-256.
*
<…> - Мы будем заниматься делом Васко Гамбутти, - сказала Дженнифер Кену Бэйли.
Кен недоверчиво посмотрел на нее.
- Но он же из мафии! Один из громил Майкла Моретти. Мы не можем позволить себе такого клиента.
- Мы будем защищать его.
- Дженнифер, мы не можем позволить себе помогать мафии.
- Гамбутти имеет право на справедливый суд, как и любой другой. – Даже ей эти слова показались пустыми.
- Я не позволю тебе…
- Пока это моя контора, решения здесь принимаю я. – Они видела удивление и боль в его глазах. Стр. 255-256.
*
<…> При первой встрече с Васко Гамбутти Дженнифер старалась смотреть на него, как на обычного клиента. И до этого она защищала людей, которых обвиняли в убийстве, но в этот раз все было по-другому. Этот человек входил в разветвленную сеть организованной преступности, которая выкачивала из страны миллиарды долларов, секретную организацию, способную на убийство ради своих целей.
Улик против Гамбутти было предостаточно. Его схватили во время ограбления магазина меховых изделий, и он убил полицейского, который пытался задержать его. Утренние газеты сообщили, что Дженнифер Паркер выступит его адвокатом. Стр. 256-257.
*
<…> Просмотрев материалы, которые собрали ее сотрудники, Дженнифер поняла, что у нее нет никаких шансов выиграть дело.
Васко Гамбутти взяли с поличным. Ограбление, убийство и никаких смягчающих обстоятельств. К тому же присяжные всегда предвзято относились к преступнику, если жертвой был полицейский.
Вызвав Кена Бэйли, она дала ему указания.
Он ничего не сказал, но весь его вид выражал неодобрение, и Дженнифер стало грустно. Она пообещала себе, что в первый и последний раз она выполняет просьбу Майкла. Стр. 257.
*
<…> Ди Сильва тщательно подготовился к суду. Он специально многое не договаривал, давая лишь намеки, чтобы воображение присяжных нарисовало ужасную картину преступления.
Дженнифер не мешала ему, лишь изредка подавая протесты.
В последний день суда она нанесла удар.
Один из негласных законов утверждал – если у тебя слабая защита, постарайся очернить пострадавшего. И Дженнифер решила сделать из Скотта Нормана, убитого полицейского, виноватого. Кен Бэйли откопал все, что только можно, про Скотта Нормана. Репутация у него была не совсем безупречная, но, когда Дженнифер закончила свою речь, она стала в десять раз хуже. Норман служил в полиции двадцать лет, и за это время его три раза отстраняли от работы за необоснованное применение силы. Он выстрелил в безоружного человека, похожего на разыскиваемого преступника, и чуть не убил его; избил пьяного в баре; разбирая семейную ссору, так круто обошелся с главой семьи, что того положили в больницу. Хотя эти три инцидента произошли в течение двадцати лет, Дженнифер повернула дело так, будто Норман постоянно совершал низкие, недостойные поступки. Дженнифер пригласила свидетелей, которые поливали грязью убитого полицейского, и Роберт Ди Сильва ничего не мог поделать.
В заключительной речи Ди Сильва сказал:
- Запомните, дамы и господа присяжные, мы судим здесь не офицера полиции Скотта Нормана. Скотт Норман – жертва. Его убил обвиняемый Васко Гамбутти.
Но он сам понимал, что его слова ничего не изменят. Дженнифер сделала так, что полицейский Скотт Норман стал выглядеть таким же никчемным существом, как и Васко Гамбутти. Он уже не был доблестным полицейским, который отдал свою жизнь, чтобы задержать преступника. Дженнифер так исказила картину, что он выглядел не лучше своего убийцы.
Присяжные вынесли вердикт не считать обвиняемого виновным в убийстве первой степени и осудили Васко Гамбутти по статье за непреднамеренное убийство. Это был сильный удар по престижу окружного прокурора Ди Сильвы, и пресса быстро раструбила о новой победе Дженнифер Паркер. Стр. 258-259.
*
<…> Все происходило так постепенно, что, казалось, ничего и не происходит. Сначала был Васко Гамбутти, потом Майкл попросил Дженнифер взять еще одно дело, и скоро она стала заниматься только знакомыми Майкла.
Обычно он звонил Дженнифер и говорил:
- Мне нужна твоя помощь, крошка. Один из моих парней попал в беду.
Дженнифер вспомнила, как говорил отец Райен: "У одного из моих друзей небольшие проблемы". Впрочем, какая разница?
Америке пришлось смириться с синдромом "Крестного отца".
Дженнифер убеждала себя, что делает то же самое, что и раньше. Хотя разница была. Большая разница.
Она была в центре одной из самых могущественных организаций в мире. Стр. 260.
*
<…> Уголовный суд был маленьким миром, и слухи распространялись быстро. Когда стало известно, что Дженнифер Паркер защищает людей из Организации, очень многие подходили к ней и говорили то же самое, что и судья Лоренс Уолдман и Кен Бэйли.
- Если ты и дальше будешь общаться с ними, на тебе поставят такое же клеймо.
Дженнифер всем отвечала:
- Каждый имеет право на адвоката.
Она была благодарна им за предупреждения, но считала, что ее это не касается. Она не была членом Организации, она всего лишь защищала некоторых ее людей. Как и ее отец, она была адвокатом и никогда не сделает того, за что ей было бы стыдно. Рядом были джунгли, но она не заходила в них.
Как-то раз к ней пришел отец Райен. Но в этот раз ему не нужна была помощь для одного из его друзей.
- Я за тебя беспокоюсь, Дженнифер. Я слышал, что ты общаешься с… гм… нехорошими людьми.
- Что значит нехорошие люди? Вы разве осуждаете тех людей, что приходят к вам за помощью? Вы отлучаете их от церкви за то, что они согрешили?
Отец Райен покачал головой.
- Конечно, нет. Но одно дело, когда ошибку совершает один человек. А когда коррупция организована, это совсем другое. Если ты помогаешь этим людям, ты поощряешь то, чем они занимаются. Ты становишься такой же, как и они.
- Нет. Я – адвокат и помогаю людям, попавшим в беду. Стр. 264-265.
*
<…> Дженнифер знала о Майкле Моретти столько, сколько не знал никто. Он рассказывал ей то, чего не доверял никому. Он был замкнутым человеком, и Дженнифер была первой, кого он подпустил к себе.
Дженнифер чувствовала, что Майкл нуждался в ней. Стр. 265.
*
Майкл Моретти.
<…> Не надо выдумывать себе героев. Средний американец не сможет назвать и двух имен космонавтов, высадившихся на Луне, но все знают Аль Капоне и Лаки Лючиано. Стр. 266.
*
<…> - Только что арестовали Эдди Сантини за вооруженное ограбление. Он и так условно на свободе, поэтому ему грозит пожизненное заключение.
- Свидетели есть?
- Трое. Они хорошо его рассмотрели.
- Где он сейчас?
- В семнадцатом участке.
- Сейчас поеду туда.
Накинув халат, Дженнифер спустилась на кухню и сварила себе кофе. Сидя за столом, она размышляла. Трое свидетелей. И все они хорошо рассмотрели его.
Она сняла телефонную трубку и набрала номер редакции "Нью-Йорк таймс".
- У меня есть для вас информация, - быстро сказала она. – Только что взяли за ограбление парня по имени Эдди Сантини. Его адвокат – Дженнифер Паркер. Она постарается освободить его. – Затем она позвонила еще в две газеты и на телевидение. Посмотрев на часы, Дженнифер неторопливо выпила еще чашку кофе. Она хотела, чтобы фотографы прибыли в участок на 51-й улице раньше нее. Она поднялась к себе в спальню и переоделась. Стр. 275-276.
*
<…> Когда она приехала в участок, там ждал только фотограф из "Дейли ньюс". Увидев Дженнифер, он сказал:
- Значит, это правда. Вы будете заниматься делом Сантини?
- Откуда вы это узнали? – требовательно спросила Дженнифер.
- Одна маленькая птичка рассказала.
- Зря теряете время. Я запрещаю вам фотографировать.
Она вошла в участок и оформила освобождение Сантини под залог. Она не спешила и затягивала процедуру, пока не увидела, что приехали телевидение и репортер с фотографом из "Нью-Йорк таймс". Она решила, что не будет ждать журналистов из "Пост".
Дежурный полицейский предупредил ее:
- Там собрались газетчики, мисс Паркер. Если хотите, можете выйти через черный ход.
- Не беспокойтесь, - ответила Дженнифер. – Я с ними справлюсь.
Она повела Эдди Сантини по коридору, где ее уже поджидали репортеры.
- Пожалуйста, не надо снимать, - попросила она.
Фотографы защелкали камерами, оператор телевидения тоже не терял времени. Дженнифер отошла в сторону.
- Почему вы взялись за это дело? – спросил один из репортеров.
- Обо всем вы узнаете завтра. А пока я вам советую не публиковать эти фотографии.
- Ну ладно уж, Дженнифер, - крикнул один из них. – Вы что, не слышали о свободе прессы. Стр. 276-277.
*
<…> Днем ей позвонил Майкл. В его голосе звучала ярость.
- Ты видела сегодняшние газеты?
- Нет.
- Все напечатали фотографию Эдди Сантини на первых полосах. Его показали и в теленовостях. Я разве просил тебя организовать цирковое представление?
- Нет, конечно. Это была моя идея.
- Господи. Зачем это надо?
- Потому что Сантини видели три свидетеля.
- Ну и что?
- Ты сказал, что они успели хорошо рассмотреть его. Ну а теперь, когда в суде они будут опознавать его, пусть докажут, что они опознали его не потому, что видели по телевизору и во всех газетах.
После долгой паузы Майкл восторженно произнес:
- Черт меня побери!
Дженнифер рассмеялась. Стр. 276-278.
*
<…> Подойдя к окну, она посмотрела на раскинувшийся внизу город. Он выглядел как ночные джунгли.
Это были джунгли Майкла. И выхода из них не было. Стр. 279.
*
<…> Поверьте, я не сомневаюсь, что вы победите, иначе я бы не взялся за вашу кампанию. Я лишком богат, чтобы работать за деньги.
"Надо вести себя осторожно с людьми, которые уверяют, что слишком богаты, чтобы работать за деньги", - подумал Адам. Стр. 280.
*
<…> В голосе Адама зазвучали металлические нотки.
- В этом зале есть немало адвокатов, занимающихся уголовным правом. Должен признать, что я всегда читал эту сферу наиболее волнующей. Уголовные адвокаты часто имеют дело с жизнью и смертью. Однако, - он повысил голос, - есть среди них и такие, - Дженнифер заметила, как интонацией он противопоставляет их себе, - которые позорят нашу профессию. Американская система юриспруденции основывается на праве каждого гражданина на справедливый суд. Но, когда из дела делают посмешище, когда адвокаты прилагают весь свой талант и энергию, чтобы обойти закон, здесь надо принимать ответные меры. – Все взгляды были обращены на Адама. – Я говорю об этом, дамы и господа, исходя из личного опыта, мне не нравится многое из того, с чем я сталкиваюсь. Недавно я возглавлял комиссию по расследованию преступности в Соединенных Штатах. И хочу сказать, что работа комиссии часто блокировалась влиятельными людьми из правоохранительных органов. Я видел судей, которые брали взятки, семьи свидетелей, получавших угрозы. Я знаю, что часто исчезают ключевые свидетели. Организованная преступность, как удав, стягивает кольца вокруг нашей экономики, проглатывает суд, угрожает нашей жизни. Большая часть юристов – это честные люди, добросовестно выполняющие свою работу, но я хочу предупредить тех, кто ставит себя выше закона, - вы совершаете большую ошибку и когда-нибудь заплатите за это. Спасибо. Стр. 288-289.
*
<…> С гордостью посмотрев на мужа, Мэри Бет подумала: "Мужчины такие наивные". Она знала о Дженнифер Паркер гораздо больше, чем Адам. Мэри Бет всегда поражало, какими блестящими бизнесменами и политиками могут быть мужчины и как они глупы, когда дело касается женщин. Сколько выдающихся деятелей женаты на самых настоящих ничтожествах. Мэри Бет понимала, почему у Адама начался роман с Дженнифер. Адам был видный и привлекательный мужчина. И как всех мужчин, его можно было уговорить. Философией Мэри Бет было – простить, но не забыть. Стр. 324.
*
<…> Но было поздно. Все было кончено. Что-то умерло в ней навсегда. Осталось только чувство вины и одиночества. Она решила сказать Майклу, что уходит от него. У нее не будет ни Адама, ни Майкла. Ей надо уехать далеко отсюда и начать все сначала. Ей надо было платить свои долги. Она выполнит последнюю просьбу Майкла и скажет ему об этом, когда вернется.
На следующее утро она вылетела в Сингапур. Стр. 325-326.
(Шелдон С. Гнев ангелов. (Выписка).
// Москва. 1993 г. Изд. "Новости", 368 с. Тираж 100 000 экз. Серия "Мировой бестселлер". Роман).
*
Вячеслав Борисов, www.криминальныйсаратов.рф
26 января 2014 г., г. Саратов.
***



Комментариев нет
 
Назад к содержимому | Назад к главному меню