Поиск по сайту
Перейти к контенту

Главное меню:

Старинов Илья Григорьевич, диверсант. Часть 1. В. Медведев. Школа на Пятницкой. 1993 г.

Авторы - статьи > Борисов Вячеслав

Автор: Вячеслав Борисов
Написано: 25.07.2021

Опубликовано: 27.07.2021



Владимир Медведев
Школа на Пятницкой
"Я учил Пальмиро Тольятти пускать поезда под откос…"
// "Совершенно секретно" (г. Москва). 1993, сентябрь. № 9 (52), с. 24-25. Подп. к печати 09.09.1993 г.
Рубрика: Супердиверсант.
* Подг. к печати: 25 июля 2021 г. https://www.криминальныйсаратов.рф. Вяч. Борисов.
Его называли "богом диверсий". Он воевал на фронтах гражданской войны, в Испании, Финляндии, в годы Великой Отечественной создавал партизанские отряды на Украине и в Белоруссии, был одним из руководителей партизанского движения в Польше, участвовал в освобождении Белграда… Под его руководством установлены десятки тысяч мин, и подготовил он не одну сотню диверсантов-асов.
О многом он рассказал в книгах, ставших уже библиографической редкостью: "Мины ждут своего часа", "Мины в тылу врага", "Пройти незримым". И сейчас, в свои девяносто три года, Илья Григорьевич Старинов продолжает трудиться, разрабатывая теорию партизанской войны…
Однако в его официальной биографии немало "пробелов". Рассказ об одном из них – о работе в школе ГРУ – новые, неизвестные ранее штрихи не только к жизнеописанию самого Старинова, но и к истории международного коммунистического движения.
Принято считать, что первые партизанские отряды начали создаваться у нас в начале войны на оккупированных фашистами территориях. И мало кому известно о той подготовке, что велась более чем за десять лет до того рокового июньского утра.
Вот как об этом пишет Старинов в своих неопубликованных воспоминаниях:
"В начале 1930 года меня из Киева вызвали в Харьков к начальнику разведывательного отдела Украинского военного округа – Густаву Ивановичу Баару.
Он говорил со мной о новой работе – подготовке будущих партизан. Предупреждал, что дело это трудное, порой опасное, но партия придает ему очень большое значение…
Затем нас принял командующий округом И.Э. Якир.
И начался новый этап в моей жизни.
На первых порах мои обязанности заключались в том, чтобы научить будущих партизан стрельбе из винтовок и пулеметов иностранных систем, действиям на железных и автомобильных дорогах. Изучались минные замыкатели и взрыватели, а также зажигательные средства, которые я сам изготавливал. Одним словом, готовились кадры для активной борьбы в тылу врага, особенно на его коммуникациях".
- В ГРУ я проработал пять лет, - расскажет мне при встрече Старинов, - с 30-го по 33-й год, затем с 36-го по 37-й и, наконец, три месяца в 44-м году… В том самом ГРУ, которое Суворов, автор нашумевшей книги, называет "аквариумом". Но это было совсем не так страшно, как описывает Суворов. И вообще, все было не так. Разведка вовсе не ставила проштрафившихся на "конвейер" для уничтожения, это все чепуха. Не знаю таких случаев. Я в разведке три раза служил, ни разу на "конвейере" не был. Суворов пугает читателей. Он в своем "Аквариуме" сделал все для того, чтобы молодой человек, прочитав книгу, боялся бы пойти в разведку.
- Ну, может быть, то, о чем он пишет, появилось позже?  - спросил я Илью Григорьевича.
- Я был в самое страшное время, - ответил Старинов. – Но и тогда разведка карательных мер против своих сотрудников не практиковала. Я знаю многих людей, которые работали в разведке, а затем свободно оттуда уходили…
Однако вернемся в начало 30-х годов.
Старинов энергично принялся за работу. И уже вскоре молодой офицер предложил новую концепцию партизанской войны. Новые средства передвижения и связи – самолеты, танки, автомобили, мотоциклы (а позже вертолеты и вездеходы), переносные рации и прочая военная техника – сделали прежнюю тактику бессмысленной. Внезапные нападения и столь же стремительные отходы стали уже невозможны.
Суть современной партизанской войны в том, чтобы нанести противнику поражение, вообще не вступая с ним в бой. Техника дала партизанам новое мощное оружие – мины. Оружие, которое делает партизан действительно неуловимыми. (Забегая вперед, скажу, что диверсанты, которых обучал Старинов, во время войны несли очень мало потерь, а наиболее опытные из них выходили невредимыми из самых сложных ситуаций. Некоторые люди, прошедшие всю войну, живы до сих пор.)
Старинова сразу повысили в звании – три ромба на гимнастерке он сменил на две шпалы, что по нынешней табели о рангах соответствует взлету от чина старшего лейтенанта до подполковника.
В это время на Украине действовало несколько школ по подготовке партизан-диверсантов. Большая школа была и в Харькове на Холодной горе, где ГРУ обучало приемам партизанской войны "зарубежных товарищей". Старинову довелось работать и с ними. Подготовку партизан вели одновременно и ГРУ, и ГПУ, независимо и скрытно друг от друга...
И было это, обратите внимание, не перед войной, а в 30-31 годах.
Готовили диверсантов-подпольщиков на тот случай, если будущему противнику удастся оккупировать нашу территорию. Вдоль всех линий железных дорог в городах, селах, на железнодорожных полустанках осели на жительство наши люди, отлично обученные и снабженные всем необходимым для диверсий. Все они скрывались под кличками и были тщательно законспирированы.
Но никому из них не суждено было пустить в ход оружие. Через несколько лет бросили новый лозунг: "Война малой кровью на территории противника", подготовку партизан прекратили, базы и склады ликвидировали, а всех подпольщиков уничтожили в 37-м году. В годы войны Старинов не встретил ни одного из них. А ведь только он в свое время обучил человек шестьдесят.
- Можно ли сейчас разыскать сведения об этих людях? – спросил я его. – Где могли остаться документы о подпольщиках?
- Материалы есть и в КГБ, и в ГРУ. Но значительная часть их сожжена в первые дни войны. Вы ведь знаете, что при наступлении фашистов сжигалось огромное количество документов…
Спешное уничтожение секретных архивов больно ударило и по самому Старинову. В начале войны он в Харькове устанавливал радиомину, которой позже был подорван генерал Георг фон Браун, начальнике харьковского гарнизона, а вернувшись в Москву, обнаружил, что пропал итог его многолетних трудов – и диссертация, и пособия по тактике и технике диверсий.
Но все это будет позже…
В 1933 году Старинова переводят из Киева в Москву под начало Кароля Сверчевского, знаменитого польского революционера, героя гражданской войны, который через несколько лет стал известен всему миру под именем "генерала Вальтера" – командующего 14-й интернациональной бригадой, а затем 35-й интернациональной дивизией в Испании. Тогда (да и в наши дни) никто из непосвященных не знал, что Сверчевский возглавлял строго законспирированную школу ГРУ, в которой обучались иностранные революционеры. О важности этой школы свидетельствует ранг ее начальника. На гимнастерке Сверчевского красовался один ромб, что соответствовало званию комбрига, или генерал-майора.
Школа помещалась в двух зданиях, одно из которых находилось на улице Пятницкой. Именно здесь Илья Григорьевич посвящал своих зарубежных учеников в тайны взрывного дела.
- Обучение велось в атмосфере суперсекретности, - рассказывает Старинов. – Мне довелось учить китайцев, поляков, испанцев, югославов, немцев… Одним словом, в школе собрались те, кто готовился к войне против фашизма. И они нигде не могли научиться партизанской борьбе лучше, чем у нас. Наших учеников можно было разделить на три группы: лидеры – те, кому предстояло в будущем возглавить революционное и антифашистское движение в различных странах; командиры – те, кто должен был руководить партизанскими отрядами и группами; исполнители – рядовые партизаны, подрывники, диверсанты. Кстати говоря, в те годы слово "диверсант" еще не имело у нас негативного смысла, назывались им не только вражеские, но и наши "бойцы незримого фронта".
Программы для каждой из этих групп несколько различались. Лидерам больше времени отводилось на планирование и организацию операций и меньше – на технику и тактику партизанских действий. Рядовых диверсантов и партизан учили преимущественно тактике, технике диверсий, изготовлению взрывных устройств и материалов.
Наука, которой я обучал, именовалась "техникой партизанской войны". Я занимался подготовкой к диверсионной деятельности. В курс входили техника, тактика и планирование диверсий. Начинали с азов – то есть со значения и возможностей партизанской войны. А заканчивали планированием и проведением операций, сложной наукой, требующей особых знаний.
Я учил изготавливать диверсионные средства из подручных и подчас неожиданных материалов, в которых никто не заподозрил бы сырье для взрывчатки и которые можно купить в любом, самом обычном магазине или аптеке. Например, взрывчатые вещества из селитры или бертолетовой соли. В те годы она применялась для медицинских целей и ее можно было приобрести сколько угодно. Взрывчатка, конечно, получалась не такая мощная, как тротил, но достаточно серьезная. Позже, в Испании, мы взрывчаткой из бертолетовой соли начиняли гранаты…
Курсанты учились мастерить самодельные мины, в которых использовались самые безобидные предметы домашнего обихода. Подорвать противника можно, скажем, при помощи мышеловки, бельевой прицепки или пустого коробка…
Мы имели свой полигон на станции Сходня – огромный участок на окраине поселка, где был проложен отрезок железнодорожного пути – рельсы, стрелки, семафоры и все прочее, что имеется на настоящей дороге. Вот только поезда не ходили. Здесь мы проводили первые практические занятия по закладыванию мин на путях, а для "подрыва" поездов мы выходили прямо на железную дорогу. Но, естественно, поезда под откос не пускали – капсюли и взрывные пакеты только имитировали взрыв. У нас был отличный контакт с путейцами, и они предоставляли нам для занятий и тренировок свое хозяйство…
Мне довелось обучать работе со взрывчатыми и зажигательными материалами и таких знаменитых в свое время людей, как Вильгельм Пик, Александр Завадский, Пальмиро Тольятти… Возможно, нынешней молодежи эти имена мало что скажут, но в предвоенные и послевоенные годы они были известны каждому от мала до велика. Пальмиро Тольятти – деятель итальянского коммунистического и международного движения, один из основателей Коммунистической партии Италии, а затем и ее генеральный секретарь. Вильгельм Пик – известный немецкий коммунист, один из основателей компартии Германии, а позже – первый президент ГДР с момента образования республики. Александр Завадский в годы войны прославился как один из организаторов польского партизанского движения, а после войны стал председателем Государственного совета Польской Народной Республики…
В отличие от других, они обучались в школе под собственными именами. Да и бесполезно было скрывать под псевдонимами тех, кто был известен как член и руководитель Коминтерна и чьи фотографии и статьи часто появлялись в советских газетах. И тем не менее до нынешнего времени сведения об их обучении в школе ГРУ оставались глубоким секретом. Сейчас я впервые рассказываю об этом.
Жили они в гостинице "Центральная" на Тверской, которая тогда была отелем для лидеров – руководителей зарубежных коммунистических и революционных организаций. Туда и пройти-то можно было только по пропускам.
Часть занятий проводилась непосредственно в гостинице, теорию чаще всего читали в банкетном зале. Места там было достаточно. Обычно на занятиях присутствовало человек десять – двенадцать.
Я иногда бывал у них в номерах. Надо сказать, что бытовые условия у лидеров были очень скромные. Гостиница эта не такая уж роскошная. Но минимальные удобства у них, разумеется, были. Некоторые из них жили с семьями. Одна семья, как правило, занимала одну комнату (один номер). Но вообще-то большинство из них жили без семей. Внизу был ресторан, где они питались. И я с ними вместе там обедал.
Ближе всего я сошелся с Александром Завадским. Дело в том, что большая часть иностранцев, учившихся в школе, знала русский язык неважно, кое-как объяснялись и понимали самые простые вещи, лекции я читал с переводчиком. Завадский, же говорил по-русски, да и я, прожив десять лет на Украине, знал украинский и немного польский. С ним мы могли беседовать свободно на любые темы. Его, как, впрочем, и всех иностранных коммунистов, очень огорчало и тревожило то, что происходило тогда в Советском Союзе. "Еще несколько лет назад, до начала коллективизации, люди бежали из Польши к вам, в СССР, - говорил он мне. – А теперь наоборот: бегут от вас – к нам, в Польшу…"
Все труднее зарубежным коммунистам становилось вербовать людей в свои организации и отряды. Об этом мне говорил не один Завадский. И все же атмосфера в школе была на редкость хорошей – дружелюбной, много было улыбок, смеха, несмотря на серьезное и опасное дело, которым мы были заняты.
Вряд ли Вильгельму Пику или Пальмиро Тольятти пришлось применить на практике мои уроки и подорвать хоть один железнодорожный состав… Но занятия, полученные в нашей школе, помогли им организовать партизанское движение сопротивления фашизму в своих странах…
Впоследствии Старинову довелось воевать вместе со своими учениками. В Испании он встречался с А. Марти, а во время Великой Отечественной вместе с Завадским руководил польскими партизанами. Завадский был начальником Польского штаба партизанского движения, а Старинов – его заместителем.
Но все это в будущем. А в 30-е годы, проработав несколько лет в школе ГРУ, Старинов поступил в академию, потом -  Испания. Это, кстати, и спасло ему жизнь.
- Если б я не воевал в Испании, - говорит он, - меня бы уничтожили, как всех других. Когда я вернулся, то застал в разведывательном управлении "торичеллиеву пустоту". Все мои сослуживцы и начальники были расстреляны. А кроме того, мне повезло в Испании – я пустил под откос поезд с итальянскими летчиками, со штабом итальянской фашистской дивизии – об этом весь мир шумел: репортажи, фотографии во всех газетах… У нас об этом, разумеется, молчали – скрывали, что наши люди воюют в Испании. Но это-то и сослужило мне добрую службу. Не всех, побывавших в Испании, представляли Ворошилову, и не всех представленных Ворошилов принимал во второй раз, как меня. Так я уцелел…
Приехав в Москву, Старинов заглянул в школу, но там царила теперь совсем другая атмосфера – натянутость, напряженность, тревога. Ни одного улыбающегося лица. Как он выразился, "люди чувствовали себя как перед бойней". А в гостиницу "Центральная" его и вовсе не пропустил часовой.
Фото: Илья Старинов, 1941 год.
Владимир Медведев,
обозреватель "Совершенно секретно".
(Медведев В. Школа на Пятницкой
// "Совершенно секретно" (г. Москва). 1993, сентябрь. № 9 (52), с. 24-25. Подп. к печати 09.09.1993 г.)
*
25 июля 2021 г., г. Саратов.
***



Комментариев нет
 
Назад к содержимому | Назад к главному меню