Поиск по сайту
Перейти к контенту

Главное меню:

Убийство облпрокурора Григорьева – в "Записках…" адвоката Владимира Лэйма

Авторы - статьи > Борисов Вячеслав

Автор: Вячеслав Борисов
Написано: 31.12.2020

Опубликовано: 31.12.2020



13 февраля 2008 г. в г. Саратове был убит прокурор Саратовской области Григорьев Евгений Федорович, 03.02.1960 г.р. Организатором и заказчиком громкого убийства был объявлен генеральный директор и фактический владелец ОАО "Саратовский завод "Серп и Молот" Максимов Алексей Петрович, 25.03.1959 г.р., уроженец с. Сосновка Балтайского района Саратовской области. Фактически с 06.03.2008 г. Максимов А.П. находился под стражей, а 14.01.2010 г. в Бутырской тюрьме г. Москвы он был найден повешенным, что следствие официально квалифицировало как самоубийство. Одним из защитников погибшего обвиняемого Максимова А.П. был адвокат Коваль Андрей Анатольевич, который ранее работал судьей в г. Саратове.
В 2000, 2005 и 2011 гг. в г. Саратове и в г. Марксе Саратовской области саратовский адвокат, укрывшийся за псевдонимом "Владимир Лэйм", издал три книги (в мягкой обложке) под общим названием "Записки провинциального адвоката":
1. Лэйм В. Записки провинциального адвоката // Саратов, 2000 г., 112 с. Тираж 1 000 экз.
2. Лэйм В. Записки провинциального адвоката – 2 // Маркс, 2005 г., 180 с. Тираж 300 экз.
3. Лэйм В. Записки провинциального адвоката – 3 // Маркс, 2011 г., 128 с. Тираж 300 экз.;
в которых он рассказал, как о своей большой адвокатской практике: первоначально в Марксовском районе Саратовской области, а затем и в г. Саратове; так и о своем видении криминальных и других событий, как в области, так и в правоохранительных органах Саратовской губернии.
В "Записках провинциального адвоката", изданных в 2000, 2005, 2011 гг., автор предлагает читателям кое-что интересное – "вкусненькое" о реалиях нашей Саратовской области, где многим знакомые лица напрямую не названы, как не названы и населенные пункты (которые по тексту книг четко определяются); описываемые автором события – не имеют конкретной даты. Автор – некий "Владимир Лэйм", тем самым страховался от возможных судебных исков, как от коллег по профессии, так и от сотрудников различных правоохранительных органов нашей области.
В настоящем материале читателям сайта www.криминальныйсаратов.рф, предлагается выписка из "Записок провинциального адвоката-3", а также в качестве приложения 5 статей саратовских СМИ за 2008-2009 гг.
*
Содержание:
// г. Маркс, 2011 г., 128 с. МУП "Редакционно-издательский центр "Марксовская типография". Тираж 300 экз. Подп. в печать 18.04.2011 г. Печать ризограф. Литературно-художественное издание. Стр. 115-117, 118, 118-119.
Приложение:
2. Бутенко Т. Голос из тишины
// "Время. События. Тенденции. Мнения" (г. Саратов). 2008, 03 ноября. № 40 (155), с. 1-2, 5.
// "Московский комсомолец" в Саратове" (г. Саратов). 2008, 19-26 ноября. С. 8.
4. Белобородов А. Перевертыш
// "Саратовский взгляд" (г. Саратов). 2008, 27 ноября – 03 декабря.
// "Саратовская областная газета" (г. Саратов). 2009, 10 апреля.
// "Московский комсомолец" в Саратове" (г. Саратов). 2009, 15-22 апреля. № 16 (607), с. 2.
**


1. Владимир Лэйм
Записки провинциального адвоката – 3. (Выписка).
// г. Маркс, 2011 г., 128 с. Муниципальное унитарное предприятие "Редакционно-издательский центр "Марксовская типография". Тираж 300 экз. Подп. в печать 18.04.2011 г. Печать ризограф. Литературно-художественное издание.
* Подг. к печати: 31 декабря 2020 г. http://www.криминальныйсаратов.рф. Вяч. Борисов.  
Убийство прокурора Саратовской области Григорьева Е.Ф. (Этот заголовок сделан мною, а не Вл. Лэймом. – Прим. Вяч. Борисов). Стр. 115-117.
<…> С год назад был убит выстрелами в упор прокурор губернии Гаврилов. Гаврилов проработал прокурором сравнительно небольшой период, но за это время успел отличиться тем, что образовывал бригады из прокурорских работников, гаишников и журналистов, и те тормозили машины с блатными номерами. Популистские меры, по мнению тех, кто ездит на таких машинах. Более серьезными мерами считают попытки прокуратуры возвратить в государственную собственность земельные участки, розданные бывшим градоначальником Наклоненко своим родственникам и родственным коммерческим структурам. Вот это направление деятельности прокуратуры получило полную поддержку, как во властных структурах, так и в народе. Были предъявлены десятки исков в хозяйственные суды, значительное количество распоряжений о передаче земель признано незаконным. Представьте себе количество людей, недовольных такими решениями, в свое время давших крупные взятки за предоставление земли и теперь потерявших практически все! Такие недовольные могли пойти на любые меры. Поэтому главными подозреваемыми были эти бизнесмены.
В качестве подозреваемых рассматривались и обычные уголовники, которые могли бы отомстить за себя или родственников, но это маловероятно. Прокурор сам лично давно не участвовал в судебных заседаниях, поэтому эта версия рассматривалась как маловероятная.
Одна из основных версий заключалась в мести со стороны градоначальника. По городу ходили упорные слухи, что прокуроры – бывший и действовавший – встречались с градоначальником и грозили ему привлечением к уголовной ответственности, якобы последний предлагал уладить вопрос, но не сошлись в условиях решения вопроса, и градоначальник оказался на нарах. Да, средства у градоначальника немалые, но возможность сидя на нарах в тюрьме организовать покушение, не будучи вором в законе и не имея своих людей в руководстве зоной, крайне мала.
Еще была версия о личной мести, но прокурор вел скромный образ жизни, и эта версия тоже не имела под собой почвы.
Следующая версия о причастности самих работников или бывших работников прокуратуры, которых прокурор или уволил, или не выдвинул на вышестоящие должности. Но одно дело украсть из вредности сейф с делами из прокуратуры района, как один раз было на самом деле (увольняемый работник выкрал и утопил сейф), другое – организовать покушение, да еще на генерала прокуратуры.
Пока все гадали, кто же мог это сделать, компетентные органы раскрыли преступление или, по крайней мере, отчитались о раскрытии. Почему такая неконкретность, спросите вы, а потому, что нельзя не верить следствию, и в то же время трудно не поверить адвокату, осуществляющему защиту главного подозреваемого, уже ставшего официально обвиняемым по этому делу.
Итак, по мнению следствия, заказчиком убийства является владелец и директор крупного предприятия Михайлов. У этого Михайлова давние обиды, в том числе и личные, на прокурора губернии. Михайлов как-то устроил дебош в ресторане со срывом погон милицейского работника, хотя сам Михайлов никогда не признавал этого факта, наоборот, говорил о невиновности, и желании следствия, кстати, ведущегося следователями прокуратуры, так как эта их подследственность, примерно наказать его. Михайлова судили и приговорили к штрафу в размере 10 000 рублей, по протесту прокурора приговор отменили и снова судили, но опять суд назначил штраф, уже 70 000 рублей, прокуратура снова обжаловала приговор. Складывалось впечатление, что прокуратура желала наказания в виде лишения свободы, и не столько из-за любви к справедливости, сколько из-за желания устранить директора завода от руководства заводом. Почему-то здесь не был использован любимый тактический ход прокуратуры. Когда им не желателен тот или иной директор, заводятся всякие административные дела и идет обращение в суд об отстранении директора от должности, но здесь сразу уголовщина. Лэйм не думал, что директор ангел во плоти и не мог устроить скандал, просто подозрительно, как это такой человек пришел в ресторан, они обычно посещают одни и те же рестораны, и скорее всего свои рестораны, в которых имеют долю. А тут не нашлось места для директора, и начался с этого скандал, трудно в это поверить. По мнению следствия, директор, по совместительству являющийся председателем спортивного общества, пожаловался спортсменам на пресс, оказываемый на него, и те заказали профессионального убийцу всего за 100 000 рублей. Неправда ли, что-то напоминает? Не вспомнили, тогда напомню. Один банкир пожаловался на то, что его притесняет заместитель главного банкира страны. И жаждущие помочь люди нанимают непрофессиональных убийц. Или одна журналистка, постоянно критикующая властные структуры одной губернии, тоже, по версии следствия, была убита непрофессиональными убийцами, которых нанял не руководитель губернии, а человек, которому захотелось устранить критиканшу. В двух первых случаях директор привлечен, банкир осужден, в последнем же случае к ответственности привлечены простые стрелочники. А знаете, какой главный довод о невиновности своего подзащитного директора завода приводит его адвокат Кузнецов? Прокурор зарекомендовал себя как истинный борец с несправедливостью, чьим именем собираются назвать улицу, и никогда бы не стал содействовать, тем более непосредственно участвовать в рейдерстве, т.е. отбирании завода, поэтому устранение прокурора, в том числе и физическое, директору не было нужно. Интересно, что и на адвоката начались гонения в прессе, подняли его подноготную, когда тот ещё работал судьей, все его неправомерные решения, в том числе и освобождение в зале суда лица кавказской национальности, совершившего разбойное нападение, похищение человека. Да, Кузнецов не ангел тоже, и есть у него недостатки, и крупные, когда тот сам, будучи судьей, вершил правосудие. Это и его поведение, и любовь к горячительным напиткам. Но почему-то об этом умалчивалось, а тут все выносится наружу. Не является ли такая позиция давлением на адвоката? А сам адвокат? Лэйм постоянно нарушал адвокатскую этику в части запрета на критику других адвокатов, но все эти случаи были в разговорах с друзьями и сослуживцами. Кузнецов же позволил себе в прессе заявить, что на директора завода оказывалось как физическое, так и психическое давление, поэтому он и написал явку с повинной, и сразу после этого директора допросили, уже в присутствии адвоката Ефрейторова. Тонкий намек на толстые обстоятельства, что адвокат ментовский, и поэтому участвовал при допросе. Лэйм знает этого адвоката, и сказать о нем, что он ментовский, или прокурорский в данном случае, так как допрос вел следователь прокуратуры, оснований нет никаких.
Случаи убийства прокурорских работников были и раньше: <…> Стр. 115-117.
*
<…> 2004 г. 16 февраля в Волгоградской области был убит прокурор Еланского района К. Прокурор и три его товарища выехали на охоту в лес в 365 км от Волгограда. Все четверо мужчин были расстреляны. Стр. 118.
*
<…> А по прошествии некоторого времени появилась еще одна версия убийства прокурора Гаврилова. Впрочем, новой ее назвать нельзя, так как основным заказчиком проходит также директор завода. Просто он решил это сделать не из-за рейдерского наезда, а с целью не отдавать хорошим коммерсантам деньги по рыночной цене за их пакет акций. Т.е. коммерсанты хорошие, но директор почему-то решил, что на стороне этих хороших коммерсантов в игре участвует прокурор, так как давление прокуратуры было всегда. Это и попытки довести дело в отношении директора до обвинительного приговора, и желание о назначении реального срока лишения свободы, и постоянные проверки милиции, якобы по наводке того же прокурора. В статье если что и есть нового, то это даже не тонкий, а очень большой намек на то, что в устранении прокурора, пусть не физическом, а от работы заинтересованы были многие работники самой прокуратуры. Делается намек на его заместителя, на иных работников, даже не из области, но из прокуратуры. Намек может быть основан и на том, что буквально за полгода до убийства судом был осужден мошенник, якобы имевший выходы на очень высокие московские властные структуры, за то, что решит вопрос об увольнении прокурора за смешную сумму в 150 000 рублей. А что, дыма без огня не бывает? Еще в новой версии вскользь проходит и воровской авторитет, якобы его жена поругалась с женой прокурора в лифте, они жили в одном подъезде. Вот как бывает – прокурор губернии и воровской авторитет живут не только в одном доме, но и в одном подъезде. На кладбище это соседство постоянно рядом: генералы милиции, прокурорские, и рядом могилки братвы. Но эта версия явно притянута за уши, хотя поживем-увидим. Быстро раскрытое преступление, почему-то упорно следствием не передается для рассмотрения судом, значит, что-то там еще не так. И много что не так. Почему-то директор оказался неподсуден по причине душевного заболевания, и суд пройдет сначала над исполнителями. Может быть они, не видя рядом с собой директора, как раз и будут на него всё валить? <…> Стр. 118-119.
(Лэйм В. Записки провинциального адвоката – 3. (Выписка).
// г. Маркс, 2011 г., 128 с. МУП "Редакционно-издательский центр "Марксовская типография". Тираж 300 экз. Подп. в печать 18.04.2011 г. Печать ризограф. Литературно-художественное издание. Стр. 115-117, 118, 118-119).
**


2. Тимофей Бутенко
Голос из тишины
Адвокат Алексея Максимова дал эксклюзивное интервью газете "Время"
// "Время. События. Тенденции. Мнения" (г. Саратов). 2008, 03 ноября. № 40 (155), с. 1-2, 5.
Рубрика: Актуально. Власть.
* Подг. к печати: 20 мая 2019 г. www.криминальныйсаратов.рф. Вяч. Борисов.  
Почему обвиняемый в заказе на убийство прокурора Саратовской области отказывался от своих адвокатов, и почему они сами отказывались от него? Что готовит к суду защита Алексея Максимова, подозреваемого в организации самого громкого в губернии преступления? Почему эксперты считают работу следствия непрофессиональной, а отец убитого не верит в основную версию произошедшего? "Время" приоткрывает завесу таинственности вокруг дела Евгения Григорьева.
За что "матросят" Максимова
Уже совсем скоро исполнится девять месяцев с тех пор, как якобы было раскрыто дело об убийстве прокурора Саратовской области Евгения Григорьева. И ровно столько же времени находится под стражей главный обвиняемый в заказе громкого преступления – бывший гендиректор ОАО "Серп и молот" Алексей Максимов.
Напомним хронологию событий – 13 февраля текущего года произошло убийство прокурора Григорьева, 7 марта по подозрению в заказе этого преступления был задержан г-н Максимов, а через десять дней после этого (17 марта) дело было изъято у облпрокуратуры и передано в Москву. Вместе с делом в столицу нашей Родины был вывезен и задержанный по подозрению в организации громкого убийства.
Поскольку на этом вся информация по резонансному происшествию себя исчерпывает, а следствие отделывается общими фразами и по сей день, "Время" обратилось к более общительному источнику – адвокату бывшего гендиректора ОАО "Серп и молот" Андрею Ковалю.
Андрей Анатольевич рассказал о том, что место пребывания Алексея Максимова в заключении именуется "Матросской тишиной". Как и положено по закону, два раза в месяц он получает свидания с родственниками, на которых встречается с женой и детьми. Сам адвокат бывает у своего подопечного раз в 7-10 дней. Причем, по словам Андрея Коваля, жалоб на содержание задержанный не высказывает и "ведет себя достаточно ровно и спокойно".
Что же касается версии о том, что г-н Максимов был взят под стражу, поскольку руководил боксерским клубом, в котором занимались спортом предполагаемые исполнители убийства, то адвокат считает ее лишь слухом.
- Это все не больше, чем разговоры, - отметил он. – Он не был руководителем никакого боксерского клуба. Речь идет только об одном, что объективно существовало и существует – это наличие на территории завода "Серп и молот" спортивного клуба по боксу. Вот и все. Это обычная ситуация. В прежние, советские времена это имело место быть на любом предприятии. Ни один из подозреваемых в исполнении убийства в этом клубе не занимался боксом – это факт.
Кроме того, Андрей Коваль рассказал, что наличие такого клуба – не основание для задержания. Истинные же причины содержания Алексея Максимова под стражей будут скрыты от широкой общественности до тех пор, пока об этом не заявят в судебном процессе.
Кстати, по поводу суда по делу Григорьева, проведение которого облпрокуратура прогнозировала уже на осень текущего года, у адвоката другие сведения. Он уверен, что в 2008 году никакого процесса не будет, поскольку сейчас все находится на стадии  предварительного расследования.
- Дело очень сложное, - подчеркнул Андрей Коваль. – И не только в плане доказательств или процессуальных нюансов. Оно сложно и в плане политического резонанса. Поэтому расследование так быстро завершиться не может. Сейчас задержано четверо человек. Если распределять роли по обвинению, которое предъявлено, - один из них является исполнителем, двое – посредниками, и Максимова обвиняют в том, что он организовал это убийство. Все четверо являются обвиняемыми по одному делу, и следствие идет в отношении их всех, но официально пока ничего нет. Хотя работники следственной группы пытаются проработать именно эти версии.
Адвокат по вызову
Как сообщил "Времени" наш собеседник, у Алексея Максимова появилась возможность нормально защищаться от предъявленного обвинения только тогда, когда к делу был "допущен" адвокат, с которым он желал работать. А с этим, по словам г-на Коваля, были проблемы.
- С момента задержания ему был приставлен адвокат по назначению, который присутствовал при допросе Максимова в качестве подозреваемого только номинально и никоим образом не помогал, не защищал его, - заявил он. – Ведь этот адвокат был назначенцем областной прокуратуры. Ему позвонили ночью, и он, в силу, может быть, какой-то зависимости от прокуроров, приехал и сидел там с полусонным видом, и подписывал протокол допроса. А Максимов давал только те показания, которые ему говорили. Причем, говорили оперативники из Москвы.
Андрей Коваль отметил, что возможность защищаться у Максимова возникла только с 17 марта (с коих пор наш собеседник принял это дело на себя). То, что его подопечному до этого времени не предоставлялось такое право, по словам адвоката, со стороны следствия не мотивировалось никак.
Оказалось, что г-н Максимов отказывался от адвокатов, потому что некоторым из них попросту не верил. Более того, далеко не все адвокаты соглашались защищать бывшего гендиректора ОАО "Серп и молот". Происходило это, как сообщил Андрей Коваль, по разным причинам, но в основном – из-за боязни поссориться с областной прокуратурой и правоохранительными органами.
- Все-таки произошло убийство прокурора области, и опасения у них были, может быть, даже на тот момент обоснованные, - рассказал он. – Я же не видел причин чего-либо бояться. Это обычная работа. Я не думаю, что следственный комитет при областной прокуратуре или при прокуратуре России будет опускаться до того, чтобы производить какие-то действия против защиты. На мой взгляд, по крайней мере, те люди, которые сейчас расследуют это дело, ведут себя достаточно порядочно. И говорить уничижительно в их адрес у меня просто нет оснований.
За гранью тайны
Адвокат г-на Максимова отметил, что давал расписку о неразглашении тайны следствия, хотя уголовно-процессуальный кодекс и так запрещает защитнику это делать. По мнению Андрея Коваля, в подобном деле такие меры все же необходимы. К тайне относится то, чем сейчас занимается следственный орган по делу Григорьева, и какую версию прорабатывает защита Алексея Максимова.
- В какой-то мере эту версию осветил в своем недавнем интервью Александр Хинштейн, косвенно, конечно, - рассказал адвокат. – Он говорил, что в данном деле Максимова использовали втемную, а реальными заказчиками были совсем другие люди. Они знали, что у моего подзащитного имеет место конфликт в правовом поле с проверяющими органами, и очень хорошо это использовали. Это хоть и тонкая, но очень простая схема. И она, по сути, сработала. Здесь совпали многие вещи, и, на мой взгляд, это – не случайность. Рейдерский захват, обвинение, предъявленное Максимову, - это звенья одной цепи. Другое дело – какова их последовательность и степень их взаимосвязи. В этих событиях общеизвестны имена и фамилии их участников.
По словам собеседника "Времени", это те люди, которые были заинтересованы в банкротстве и продаже предприятия. Он подчеркнул, что ни в коем случае не имеет в виду Евгения Григорьева, поскольку "и областная прокуратура, и пресса говорят о нем, как о кристально чистом прокуроре".
- Речь не о нем, - продолжил Андрей Коваль. – Не секрет, что в правоохранительных органах сейчас существуют определенные коррупционные связи и схемы, которые могли работать и наверняка работали на лиц, заинтересованных в рейдерском захвате завода. Схема проста – убрать прокурора области, который борется с коррупцией и рейдерством, и одновременно устранить неугодного руководителя предприятия, выставив его в качестве заказчика преступления.
Пять доводов защиты
1. Проверки
По словам Андрея Анатольевича, пытаться определить перспективы Алексея Максимова в процентном отношении – дело неблагодарное. Однако он подчеркнул, что позиция обвиняемого и защиты – едина: отсутствие мотива для убийства прокурора Григорьева. Причем, как отметил адвокат, бывший руководитель ОАО "Серп и молот" этой позиции не изменял.
На данный момент у защиты существует пять основных доводов. Итак, первый из них: Евгений Григорьев, как прокурор области, не давал распоряжений (ни письменных, ни устных) по проверкам на заводе. Более того, по заверениям Андрея Коваля, он подобные проверки даже не контролировал.
- Проверки на заводе проводились в течение двух с лишним лет, - отметил он. – Только областным УБЭП было проведено 78 проверок. Их инициаторами являлось бывшее руководство ГУВД по Саратовской области – Александр Шинкарев и другие. Ни по одной из этих проверок не возбуждены уголовные дела. То есть они были пустыми и играли на руку тем рейдерским начинаниям, которые в течение этих же двух с половиной лет возбуждались против завода заинтересованными лицами. Достаточных оснований полагать, что между проверками и отставкой Шинкарева есть связь, у меня нет. Если и есть некоторые нюансы, то пока высказывать их в прессе я не считаю возможным.
Как подчеркнул адвокат, министерская проверка, которая проходила летом 2008 года в ГУВД области, незадолго до ухода г-на Шинкарева со службы, обернулась "натянутой тройкой". И это – показатель того, как работало управление.
- То есть, если говорить о мотивах, которые, по предположению следствия, могли бы быть у Максимова из-за этих проверок, то в этой ситуации не Григорьев должен был стать фигурой для устранения, а Шинкарев, - заметил г-н Коваль. – Или кто-то из его милицейско-генеральской команды, ведь именно они инициировали проверки.
2. Знакомство с отцом
Второй довод защиты строится на том, что Алексей Максимов был хорошо знаком с отцом погибшего прокурора – Федором Григорьевым. По словам адвоката, подзащитный был вхож в семью Григорьевых, во всяком случае, общался с отцом. Отношения у них были очень хорошие.
- Алексей Максимов не мог совершить это преступление в силу своего внутреннего менталитета, - пояснил Андрей Коваль. – Для него приоритетами в жизни на равных являются дети и работа завода. И к Евгению Федоровичу, не имея с ним каких-либо контактов (близких или деловых), он относился, конечно, не как к ребенку, но как к сыну своего хорошего знакомого (Григорьева-старшего). Я знаю о том, что Федор Андреевич не верит в версию следствия. У него есть своя точка зрения о произошедших событиях.
3. Запросы Президенту
Третий довод касается борьбы г-на Максимова с проводимыми на заводе проверками. По убеждению адвоката, он не избирал каких-то подковерных способов этой деятельности, действуя исключительно в правовом поле. Имеется в виду обжалование действий проверяющих в областную и в Генеральную прокуратуры, а также в Администрацию Президента РФ.
На все жалобы, как сообщает г-н Коваль, получены ответы. Более того, у него на руках имеются все документы, это подтверждающие. Причем, отвечали тогда и Евгений Григорьев, и руководитель СУ СК при Генпрокуратуре по Саратовской области Николай Никитин, и первый заместитель прокурора области Вячеслав Симшин, и сотрудники и руководящие должностные лица генпрокуратуры и Администрации Президента.
- То есть, если принимать во внимание то, что, по предположению следствия, каким-то образом мотив заложен в отказах по жалобам, то почему он тогда не покушался на Президента или тех же Вячеслава Симшина или Николая Никитина? – отметил Андрей Коваль.
4. Оплата душегубца
Четвертый довод строится на информации, которая просочилась в прессу из официальных источников, а значит, тайной следствия не является. Сообщение о том, что заказ на убийство Григорьева осуществлен за 100 тысяч рублей, появилось после того, как дело якобы раскрыли.
- Если принимать социально-экономическую ситуацию в стране, то такие сведения кажутся очень странными, - сообщил адвокат. – Конечно, официальных расценок на услуги киллера у нас нет, но если приложить разум, а не какие-то там эфемерные мотивы для обвинения, то 100 тысяч рублей – это не цена за жизнь должностного лица такого ранга. Сумма выглядит, по крайней мере, смешно.
5. Манифестация после убийства
Пятый довод – до 13 февраля текущего года трудовой коллектив завода поднял вопрос о проведении перед администрацией города Саратова манифестации. Она была назначена на 14 февраля задолго до убийства Григорьева. Вопрос – зачем Максимову, как руководителю трудового коллектива, при наличии проверок производства и борьбы в правовом поле выходить на улицы с манифестацией? Да еще и на следующий день после убийства прокурора?
- Люди, которые были реально заинтересованы в устранении прокурора области, - они не так глупы, чтобы самим попасть под дамоклов меч правосудия, - подчеркнул адвокат. – Они бы не стали устраивать на следующий день манифестации. А Максимов, узнав, что произошло убийство, даже подумать не мог, что это свяжут с ним. Он думал о заводе и воспринимал известие об убийстве прокурора так же, как любой из обывателей в Саратове.
Как отметил собеседник "Времени", эти пять пунктов составляют основной костяк доводов защиты, и каждый из этих элементов имеет право на "жизнь". Обвинению в этой ситуации нужно будет представить антиаргументы по каждому из пунктов. Помимо этого, существует масса других, более мелких доводов защиты.
Кто-то в погонах?
В своих публикациях "Время" уже сообщало, что в столичной прессе появилась версия причастности к убийству Евгения Григорьева "своих", на которых у прокурора был мощный компромат. Было это в те времена, когда прокурорские работники еще встречались с представителями СМИ и давали какие-никакие комментарии. То есть – давно.
Теперь же об этой версии вовсе никто не вспоминает. Почему? – мы спросили у Андрея Коваля.
- Я могу сказать только следующее – представьте себе: в этой же прессе, да и по ТВ, широкой общественности объявили, что награждены руководители и оперативники следственной группы за раскрытие дела об убийстве Григорьева. Каким образом после всего этого проводить в жизнь версию о причастности сотрудников прокуратуры к этому делу? По сути, всеми этими действиями по награждению сотрудников (заслуженно или нет – не мне решать) был поставлен щит подозрениям, выраженным ранее в СМИ. Поэтому говорить о жизнеспособности версии, которая была изложена в первых публикациях в связи со смертью Григорьева, на мой взгляд, оснований нет. Кстати, выданные награды были милицейскими, и приказ о их вручении вносил министр МВД РФ. Таким образом, милиционеры наградили прокуроров. Ситуация очень интересная и заставляет о многом подумать.
Блиц-опрос "Времени"
- Андрей Анатольевич, кто будет представлять сторону обвинения в суде, если такой состоится?
- Это могут быть старшие помощники генпрокурора. Кому поручит прокурор, надзирающий за следствием, тот и будет поддерживать обвинение в суде.
- Возможно ли, что судебный процесс по делу Григорьева будет закрытым?
- Я не вижу законных оснований для закрытости процесса. И не думаю, что они (опять же – законные) будут найдены. Если и будет принято решение по определению судебного процесса как закрытого, то это будет сделано вопреки закону. Никаких государственных тайн в этом деле нет. Убили кристально чистого прокурора, боровшегося с коррупцией. Это что – тайна? Нет. Поэтому скрывать нечего.
- А какова вероятность, что процесс проведут не в Саратовской области, а в Москве, например?
- Для проведения процесса в Москве также нет никаких оснований. Закон говорит о территориальной подсудности, которая законодательством определена по месту совершения преступления.
- Какова самая суровая мера наказания по обвинениям, предъявленным Алексею Максимову?
- Пожизненное заключение. Но об этом говорить пока рано, потому что, на мой взгляд, со стороны следственной группы (которая, будем говорить, раскрыла преступление) действия по отношению к Григорьеву квалифицированы неверно и непрофессионально. Сейчас следствие ведется по статье 317 УК РФ ("Покушение на жизнь сотрудника правоохранительных органов"), что не совсем полно отражает убийство прокурора области, то есть фигуры, по сути, федерального масштаба. Здесь должна быть иная квалификация.
- Не боитесь того, что следствие, возможно, уже просто не может отпустить Алексея Максимова, долгое время обвинявшегося в заказе убийства?
- Все теперь зависит от гражданского мужества тех следователей, которые сейчас ведут следствие, и от способности руководства прокуратуры и следственного комитета объективно расследовать дело. Объективно, а не в угоду защиты чистоты мундира.
Фото, текст: Андрей Коваль – адвокат Алексея Максимова.
(Бутенко Т. Голос из тишины
// "Время. События. Тенденции. Мнения" (г. Саратов). 2008, 03 ноября. № 40 (155), с. 1-2, 5).
**


3. Марина Бирюкова
Оборотень за кадром?
Предполагаемый заказчик убийства облпрокурора доверит свою судьбу присяжным
// "Московский комсомолец" в Саратове" (г. Саратов). 2008, 19-26 ноября. С. 8.
Рубрика: Громкое дело.
* Подг. к печати: 18 мая 2019 г. www.криминальныйсаратов.рф. Вяч. Борисов.  
Адвокат саратовской коллегии адвокатов "Шанс" Андрей Коваль, защищающий ныне бывшего директора завода "Серп и молот" Алексея Максимова, обвиняемого, напомним, в подстрекательстве к убийству прокурора области Евгения Григорьева и в организации этого убийства, ответил на некоторые вопросы "МК в Саратове"
- Несколько весьма известных в Саратове адвокатов были готовы защищать Максимова, но в дальнейшем от этих намерений отказались, и не по собственному, судя по всему, желанию. Ваша кандидатура – это достигнутый консенсус?
- Нет. Ко мне обратились родные Максимова, и я вошел в дело, как обычно. До меня доходили слухи о давлении на других адвокатов, но лично я никакого давления не ощутил.
- Когда вы впервые встретились с Максимовым, он уже написал явку с повинной и дал признательные показания в качестве подозреваемого?
- Да, явка была уже написана – в присутствии оперативников (присутствия адвоката при этом закон не требует – явку с повинной человек и дома может писать). И показания Максимов дал в присутствии адвоката Бровкина, от услуг которого впоследствии отказался.
- В чем конкретно признавался Максимов? Как мы слышали, в неких разговорах о "мешающем Григорьеве" с Букенбаем Казеевым, в передаче ему суммы денег – относительно небольшой, кстати, сто тысяч рублей…
- Я не могу говорить об этих деталях, они составляют тайну следствия. Могу сказать лишь, что признаваться Максимов перестал уже 17 марта, сразу после предъявления обвинения, будучи допрошен в качестве обвиняемого. В тот момент он отказался давать показания, сославшись на статью 51 Конституции, дающую ему такое право. Позднейшая рукописная вставка в протокол: "Подтверждаю ранее данные показания" – от Максимова не исходила, об этом мы заявили официально. Когда Алексей Петрович находился уже в Москве, в элитном следственном изоляторе "Матросской тишины", мы ходатайствовали перед следствием о его дополнительном допросе, и вот здесь мой подзащитный подробно ответил на вопросы следователя, отразил ситуацию, сложившуюся вокруг завода, вокруг него самого. Он отрицал и отрицает свою причастность к убийству Григорьева. На мой взгляд, достаточно проанализировать объективную картину, чтобы понять: никакой заинтересованности в убийстве Григорьева у Максимова не было. Проблем, связанных с "Серпом и молотом", он таким образом решить не мог. Бесчисленные проверки завода, о которых писала пресса, исходили не от Григорьева, а главным образом от руководства ГУВД. Ни для кого не было секретом, что покойный прокурор наше ГУВД, мягко говоря, не любил. Бесчисленные ответы на жалобы Максимова подписывали и Григорьев, и его первый зам Симшин, и Никитин, и работники Генпрокуратуры. Какой же смысл Максимову именно Григорьева убивать? О конфликте в ресторане, породившем уголовное дело, даже и говорить смешно. Григорьеву это уголовное дело совершенно не было нужно. Да и для Максимова оно не составляло трагедии.
- Нам, однако, представляется, что Алексей Петрович – не тот человек, которого легко запугать, задавить и заставить признаться в том, чего не совершал. Как такое могло произойти?
- Со слов Максимова, он подвергался давлению. В том числе и физическому. Умелому, следов не оставившему. Но главное даже не в этом. Алексей Петрович сильный человек, но у него есть два приоритета в жизни: завод, заводчане (которые, замечу, в его виновность не верят совершенно) и дети. Угрожали взрослым детям, старшим – дочери и сыну. Дочь учится? Учиться не будет. Сын сядет… Когда я впервые пришел к Максимову, он был психологически просто раздавлен, и контакт у нас возник не сразу. Мне стоило большого труда вывести его из состояния депрессии и апатии: "Будь что будет, главное, чтобы детей не трогали". Когда между нами возник наконец диалог, первые вопросы его были о заводе: как там дела, как люди? С той поры при всех наших встречах мне приходится работать не только адвокатом, но и психологом.
- Но коль скоро следствие продолжает настаивать на виновности Максимова, оно должно как-то отразить мотивы его действий. Когда прокурор в зале суда будет оглашать обвинительное заключение, что он скажет? Зачем Максимов организовал убийство Григорьева?
- Пока это звучит так: из мести и из желания воспрепятствовать законной деятельности прокурора. Без расшифровки. Как это будет звучать в конечном итоге – не знаю. На мой взгляд, ни одна из предполагаемых мотиваций не выдерживает критики.
- На сей день под стражей по делу об убийстве прокурора находятся четверо: бывший милиционер из Саранска Марат Казаков, которого следствие считает киллером, упомянутый выше Казеев (давний знакомый Максимова, все время находившийся близ него), некий Панченко, исполнивший, по версии следствия, роль шофера, и Максимов. Пятый предполагаемый участник преступления покончил самоубийством – по официальной, опять же, версии. Кто из арестованных дает показания против Максимова? И как вообще следствие вышло на директора "Серпа и молота"?
- Такие показания дал только Казеев – это уже перестало быть тайной, потому что попало в печать. Вопрос, как следствие вышло на Максимова, - не ко мне, однако я подозреваю, что оно вышло сперва на "группу чернорабочих", а уже от них пошло к Максимову.
- Следственных действий с участием Максимова не было с апреля, это так?
- Нас знакомили с результатами экспертиз, не имеющих, впрочем, непосредственного отношения к Максимову, - баллистической и т.п. Ну и стражу продляли. Теперь вот продлили до 13 февраля (трагическая дата!). Это все.
- А вы-то сами хотели бы еще пообщаться со следователем?
- Только если изменится позиция Казеева. Если он захочет сообщить следователю, что оклеветал Алексея Петровича.
- Но чем же заняты следователи все это время? Они интенсивно работают с другими подследственными?
- Я думаю, нет. Следователь Внуков, возглавляющий ныне следственную группу, - человек вполне профессиональный и очень дотошный. Я предполагаю (подчеркну, это только мое предположение – планами своими следствие с защитником не делится), что он не успокоится на нынешнем варианте – "Максимов и другие". Не исключено, что в деле появятся новые фигуранты…
- И это подтвердит уже прозвучавшую в печати версию "Максимов – не последнее звено в цепи"?
- Я не исключаю даже и другого варианта – что дело в отношении моего подзащитного будет прекращено.
- И кто же тогда станет организатором исторического убийства?
- Это тоже вопрос не ко мне. Я могу лишь предположить, что "прокурорская версия" – версия о том, что убийцу Григорьева, известного жестким, бескомпромиссным характером, надо искать среди его подчиненных, особенно среди тех, кому он перекрыл кислород, - следствием отнюдь не отброшена.
- А если ваш подзащитный сядет все же на скамью подсудимых?.. Это ведь гораздо вероятнее.
- Мы обратимся к суду присяжных, это уже принятое нами решение. Присяжные, судьи из народа – вот уж кто не ангажирован и ни в чем, кроме истины, не заинтересован.
- Когда же нам ждать "процесса века"?
- Я думаю, весной будущего года.
Фото № 1, текст: Адвокат Андрей Коваль.
Фото № 2, текст: Погибший прокурор Евгений Григорьев.
Фото № 3, текст: Обвиняемый Алексей Максимов.
(Бирюкова М. Оборотень за кадром?
// "Московский комсомолец" в Саратове" (г. Саратов). 2008, 19-26 ноября. С. 8).
**


4. Александр Белобородов
Перевертыш
В биографии адвоката VIP-обвиняемого всплыли "Лексусы" и чеченские бандиты
// "Саратовский взгляд" (г. Саратов). 2008, 27 ноября – 03 декабря.
Рубрика: Новый поворот.
* Подг. к печати: 27 апреля 2019 г. www.криминальныйсаратов.рф. Вяч. Борисов.
На прошлой неделе в одной из саратовских газет вышло интервью с Андреем Ковалем, адвокатом бывшего директора завода "Серп и Молот" Алексея Максимова – предполагаемого организатора убийства прокурора Евгения Григорьева. Защитник в  деловитом стиле и с подчеркнутой осведомленностью размышлял о судебных перспективах рассмотрения дела своего клиента. Господин Коваль даже назвал примерный срок начала слушаний – весна следующего года. Казалось бы, почему защитник так тонко чувствует поведение Фемиды? Ответ мы нашли в биографии Коваля – истории превращения судьи в адвоката.
Оскандалился судья Октябрьского района Андрей Коваль в 2003 году. Тогда он вынес, мягко скажем, сомнительное решение по знаменитому делу об угонах "Лексусов" и нападении на известного саратовского бизнесмена. В течение полутора лет преступники  терроризировали владельцев дорогих иномарок. Обвинения сразу по семи эпизодам были предъявлены членам чеченской банды.
Поразительно, но Коваль выписал одному из главных обвиняемых – Барахоеву (именно он принимал участие в дерзком нападении на бизнесмена) условный срок. Такой вердикт вызвал широкий общественный резонанс. О странности неких "мотиваций" Коваля заговорил даже судейский корпус.
В итоге Саратовский областной суд отменил приговор и вернул дело на повторное рассмотрение с новым составом суда. Справедливость была восстановлена: Барахоев получил пять лет общего режима.
Коваль же понес наказание за свои "проделки" – снял с себя мантию служителя Фемиды. Правда, ушел тихо, его коллеги не хотели огласки, справедливо посчитав, что эта постыдная история бросит тень на все судейское сообщество. В общем, квалификационная коллегия судей не собиралась, а провинившийся благополучно "перекрасился" в адвоката.
Вероятнее всего, Коваль не изменил своим привычкам, раз взялся защищать столь одиозного персонажа, как Алексей Максимов. Может, адвокат забылся и по-прежнему в глубине души мнит себя вершителем судеб человеческих – судьей? Если так, то понятно, почему Максимов обратился за услугами именно к Ковалю.
(Белобородов А. Перевертыш
// "Саратовский взгляд" (г. Саратов). 2008, 27 ноября – 03 декабря).
**


5. Станислав Орленко
Признан невменяемым
Суд приговорил Алексея Максимова к лечению
// "Саратовская областная газета" (г. Саратов). 2009, 10 апреля.
Рубрика: Громкое дело
* Подг. к печати: 17 мая 2019 г. www.криминальныйсаратов.рф. Вяч. Борисов.
На этой неделе Московский городской суд признал оправданным решение Басманного райсуда столицы, вынесенное 16 февраля нынешнего года, о том, что главный фигурант дела об убийстве прокурора Саратовской области Алексей Максимов нуждается в принудительном психиатрическом лечении. Кассационная жалоба адвоката бывшего директора завода "Серп и молот" Андрея Коваля оставлена без удовлетворения. Напомним, что Максимов был задержан по подозрению в организации этого преступления в начале марта прошлого года. В настоящее время он находится в медчасти следственного изолятора Бутырской тюрьмы в Москве.
Адвокат Андрей Коваль, отвечая на вопрос "СОГ", заявил, что будет обжаловать решение Мосгорсуда в надзорной инстанции Верховного суда России или, возможно, в Европейском суде по правам человека в Страсбурге.
- Летом прошлого года стационарная комплексная психотерапевтическая экспертиза в институте имени Сербского признала Алексея Петровича вменяемым, - сказал защитник Максимова. – После этого я как адвокат заявил, с согласия подзащитного, ходатайство о проведении психофизиологической экспертизы с применением детектора лжи. Ходатайство удовлетворили. Но после этого, в октябре 2008 года, на основании справки психиатра, приходящего в "Матросскую тишину" раз в месяц, Максимова без решения суда помещают в медчасть Бутырки. Мы направили по этому поводу кассационную жалобу, теперь ее признали необоснованной, но мы будем идти до конца.
Коваль также сообщил, что в случае выделения дела в отношении Максимова в отдельное производство суд над троими другими обвиняемыми будет происходить без его участия. Если же он впоследствии окажется на скамье подсудимых, это уменьшит его возможности доказать свою правоту.
- Никаких прямых доказательств причастности Максимова к самому громкому преступлению прошлого года следствием до сих пор не найдено, - считает адвокат. – Более того, в период, когда осуществлялся рейдерский захват завода "Серп и молот", его директору было нужно, чтобы облпрокуратуру возглавлял такой человек, как Григорьев, известный своей честностью и неподкупностью. Наконец, на следующий день после убийства, 14 февраля 2008 года, рабочие завода вышли с пикетом к зданию горадминистрации, протестуя против захвата. Эта акция была спланирована заранее – какой же смысл был для Максимова устраивать накануне убийство прокурора?
Супруга узника Бутырки Ирина Максимова считает, что ее муж абсолютно адекватен.
- Я постоянно приезжаю к нему на свидания и вижу перед собой нормального человека. Он продолжает настаивать на своей невиновности. Единственное, что его по-настоящему сейчас беспокоит, - это судьба близких.
(Орленко С. Признан невменяемым
// "Саратовская областная газета" (г. Саратов). 2009, 10 апреля).
**


6. Сергей Владин
"Заказчик" прокурора отправлен в психушку
// "Московский комсомолец" в Саратове" (г. Саратов). 2009, 15-22 апреля. № 16 (607), с. 2.
Рубрика: Саратов Неделя
* Подг. к печати: 16 мая 2019 г. www.криминальныйсаратов.рф. Вяч. Борисов.  
В деле Алексея Максимова, обвиняемого в организации убийства прокурора Саратовской области Евгения Григорьева, случился новый поворот. Московский городской суд оставил в силе решение Басманного суда столицы о направлении на принудительное лечение директора саратовского завода "Серп и молот".
Напомним, что Евгений Григорьев был застрелен 13 февраля прошлого года во дворе собственного дома. Чуть позднее генеральный директор завода "Серп и молот" Алексей Максимов был задержан по подозрению в организации и подстрекательстве к убийству. Следствие полагает, что именно он был заказчиком преступления, так как считал, что прокурор причастен к рейдерскому захвату его предприятия. Впоследствии Максимов был переведен из саратовского СИЗО в московскую Бутырку.
Что означает решение Мосгорсуда, и есть ли какой-либо смысл в принудительном лечении обвиняемого? С этим вопросом мы обратились к Андрею Ковалю, адвокату Алексея Максимова. Вот что он рассказал:
- На мой взгляд, это попытка признать его невменяемым. Но это не суть того, что происходит. Моего подзащитного направили на принудительное лечение до выздоровления. На это защита имеет возражение. Потому что делается это с нарушением закона о психиатрической помощи (в частности статьи 29-й) и с грубейшим нарушением Конституции.
Дело в том, что в октябре прошлого года, как только Максимов согласился на проведение психофизиологической экспертизы с применением детектора лжи, сразу же начались попытки упрятать его в психушку. Причем без всякого судебного решения (чего требует закон). В результате он попал в соответствующую лечебницу в Бутырке. Но закон о психиатрической помощи говорит, что человек может быть принудительно помещен в такое учреждение на основании решения суда не более чем на 14 суток. А Максимов содержался там полтора месяца. И чем его лечили, до сих пор неизвестно. Причем никто не спрашивал согласия ни у него, ни у его родственников.
По моему мнению, это делается для того, чтобы материалы в отношении Максимова выделить в отдельное производство. Но это лишит его возможности защищать свои интересы состязательно. Ведь по данному делу проходит четыре обвиняемых.
Кстати, я регулярно с ним встречаюсь и могу сказать, что мой подзащитный вполне адекватный человек. Да, действительно, Максимов пребывает в весьма нехорошем настроении. Однако если находиться больше года в СИЗО, настроение вряд ли улучшится…
Именно адвокат Андрей Коваль подавал кассационную жалобу по факту направления Алексея Максимова на принудительное лечение. Он считает, что следственная группа желает "увести" обвиняемого из дела, так как не хватает доказательств его причастности к преступлению.
Андрей Коваль уже заявил прессе, что намерен обратиться в Верховный суд РФ, а если тот откажет, будет жаловаться в Европейский суд по правам человека.
(Владин С. "Заказчик" прокурора отправлен в психушку
// "Московский комсомолец" в Саратове" (г. Саратов). 2009, 15-22 апреля. № 16 (607), с. 2).
*
Вячеслав Борисов, www.криминальныйсаратов.рф
31 декабря 2020 г., г. Саратов.
***



Комментариев нет
 
Назад к содержимому | Назад к главному меню