Поиск по сайту
Перейти к контенту

Главное меню:

Допрос: Лидия Кошманова, 29.03.2008 г.

Авторы - статьи > Борисов Вячеслав

Автор: Вячеслав Борисов
Написано: 10.05.2019
Опубликовано:
10.05.2019



Читателям сайта www.криминальныйсаратов.рф предлагается текст допроса свидетеля – Кошманова Лидия Ивановна, 10.03.1951 г.р., пенсионерка, по уголовному делу № 201/374018-08 (т. 30 л.д. 1-6) по факту убийства 13.02.2008 г. прокурора Саратовской области Григорьева Е.Ф., а также два сопутствующих материала СМИ.
*
Протокол допроса свидетеля
город Саратов              29 марта 2008 г.
Допрос начат в 12 ч. 00 мин.
Допрос окончен в 14 ч. 00 мин.
Следователь следственной группы Главного следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации юрист I класса Шараев В.О., в служебном кабинете № 103 следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Саратовской области,, в соответствии со ст. ст. 189 и 190 (191) УК РФ допросил по уголовному делу № 201/374018-08 в качестве свидетеля
1. Фамилия, имя, отчество: Кошманова Лидия Ивановна
2. Дата рождения: 10 марта 1951 года рождения
3. Место рождения: гор. Кемерово
4. Место жительства и (или) регистрации: зарегистрирована и проживает по адресу: Саратовская область, гор. Саратов, ул. <…>
5. Гражданство: Российская Федерация.
6. Образование: высшее, окончила Саратовский экономический институт
7. Семейное положение, состав семьи: не замужем, несовершеннолетний детей нет.
8. Место работы или учебы: не работает, находится на пенсии.
9. Отношение к воинской службе: невоеннообязанная.
10. Наличие судимости: со слов не судима.
Свидетель – Подпись -
11. Паспорт или иной документ, удостоверяющий личность свидетеля: паспорт <…>
12. Иные данные о личности свидетеля: со слов на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит.
Технические средства при производстве допроса не применялись.
Свидетель – Подпись
Об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ предупрежден.
Свидетель – Подпись
По существу уголовного дела могу показать следующее:
21 марта 2008 года в газете "Комсомольская правда в Саратове" была опубликована статья "Саратовского прокурора убили "свои". Хочу пояснить, что основные факты в этой статье изложены с моих слов, то есть именно я встречалась с журналистом Нечаевым А.С., который и брал у меня интервью о Григорьеве.
Я познакомилась  с Григорьевым Е.Ф. примерно в 1992 году при следующих обстоятельствах. В тот период времени я работала заместителем директора трикотажного объединения, затем началась перестройка и я попала под сокращение. В то время я заканчивала экономический институт, писала бизнес-планы по организации малого бизнеса и искала работу.
Один мой знакомый, ныне покойный Давыдов В.Н., работавший депутатом Совета народных депутатов, предложил мне организовать производство в условиях колонии № 2, начальником колонии был Семенов Владимир Иванович. Я согласилась и в условиях колонии организовала швейное и трикотажное производство – товарищество с ограниченной ответственностью "Берегиня". Через некоторое время я решила приобрести магазин. В 1994 году на конкурсной основе, через комитет по имуществу гор. Саратова, я приобрела магазин, расположенный по адресу: гор. Саратов, ул. Мичурина, д. 123 и небольшой киоск, расположенный по адресу: гор. Саратов, ул. Чернышевского, д. 191. Бизнес стал развиваться и на меня стали "наезжать". Ко мне предъявляли свои требования как представители криминальных группировок, так и представители администрации гор. Саратова. Я обратилась с жалобами к главе администрации гор. Саратова, в итоге мне помог работник отдела безопасности администрации – Семенов В.И., ранее работавший начальником колонии № 2. Благодаря этому мои магазин и киоск продолжали работать. Однако затем ТОО "Берегиня" стали непрерывно проверять работники налоговой инспекции, сотрудники милиции и налоговой полиции. Неформально мне сказали, что поступило указание меня разорить. В этот период времени, примерно в 1994 году, ко мне стали обращаться представители криминальных группировок, планируя, как я понимаю, отобрать у меня мои магазины.
Примерно в 1994-1995 годах меня пригласили в органы ФСБ, где меня стали расспрашивать о сути требований этих бандитов. Тогда же я познакомилась с Григорьевым, который работал в прокуратуре Волжского района гор. Саратова, а затем  в прокуратуре гор. Саратова. Григорьев в тот период организовывал работу спецподразделения "Кобра". Меня вызывали и в это подразделение, предложили мне поработать с этими бандитами. В результате наших совместных действий работники "Кобры" ликвидировали банды "Якоря" и "Канапы". С этого периода времени я стала регулярно поддерживать отношения с Григорьевым, который работал в прокуратурах разного уровня.
Про мои взаимоотношения с Григорьевым я хочу рассказать в контексте двух уголовных дел, в которых я была признана потерпевшей. В 1996 году я познакомилась с Самсоновым Владимиром Алексеевичем, он в то время следователем по особо важным делам прокуратуры Саратовской области. Первоначально Самсонов предложил мне свою защиту, как работника прокуратуры. Однако примерно в 1997 году прокурор области Макаров, имени и отчества его я не помню, предложил Самсонову уволиться по собственному желанию. Помимо Самсонова, таким же образом были вынуждены уволиться ряд работников прокуратуры: Байкулов Евгений, Николаев Евгений и другие. Они стали работать адвокатами, в том числе в фирме "Илком", возглавляемой Шишикадзе. По моему мнению, бывшие сотрудники прокуратуры, продолжая тесно общаться с действующими прокурорскими и милицейскими работниками, создали своеобразный блок, имеющий большее влияние чем криминальные группировки. В процессе общения с Самсоновым мы подружились, стали совместно проживать. В это время у меня снова стали проводиться проверки из милиции, налоговой полиции, и других служб. Самсонов сначала стал мне предлагать взять кредит под залог магазина, а затем вообще предложил оформить магазин на его имя сроком на два месяца. Таким образом, мы планировали прекратить проверки в отношении меня. Я согласилась, так как думала, что он меня не обманет. Мы составили договор займа, соглашение об отступном, согласно которым я передала Самсонову свой магазин. В дальнейшем, мы составили расписку и договор дарения, которыми Самсонов обязался мне возвратить мне магазин. Однако в дальнейшем он так магазин мне и не вернул. На этой почве, в один из дней Самсонов избил меня, причинив средний вред здоровью. В отношении Самсонова по моим заявлениям было возбуждено два уголовных дела, по факту причинения мне вреда здоровью и по факту мошенничества. Также я стала судиться с Самсоновым в порядке гражданского судопроизводства. Однако, Самсонов, используя свои связи в прокуратуре и областной суде, успешно противостоял мне. Насколько мне известно, в областном суде у него есть знакомый судья Нобинюк и заместитель председателя областного суда Волосатых. Кроме того, как пояснял Самсонов, если я ему не отдам магазин, то у меня все отберет Никитин, который в то время работал в должности прокурора Волжского района гор. Саратова. Насколько мне известно, в то время Никитин и начальник жилищно-коммунальной службы Каргунов активно занимались присвоением земельных участков, жилья, подвалов, имеющих сомнительные документы. Ими даже была создана фирма "Ника", название расшифровывалось как "НИкитин-КАрбунов". Впоследствии Никитин был назначен на должность заместителя прокурора города Саратова (прокурором города тогда был назначен Григорьев Е.Ф.), Никитина сменил Чечин, который до настоящее времени работает прокурором Волжского района гор. Саратова.
Примерно в 2000 году на должность прокурора Саратовской области, после Макарова, был назначен Бондавр А.В., которого примерно в 2006 году сменил Григорьев. К этому времени он уже длительное время работал в прокуратуре Саратовской области и, как я считаю, имел досье, компрометирующие материалы, на многих работников прокуратуры. Я делаю такие выводы на основании того, что во время наших регулярных встреч, я всегда ему рассказывала те или иные факты и слухи, при этом Григорьев тянулся рукой в ящик стола. Поэтому я никогда этого досье не видела. Когда я начинала рассказывать Григорьеву о ком-либо из работников правоохранительных органов, то он перебирал какие-то папки с бумагами и делал в этих бумагах какие-то заметки.
Григорьев был в курсе всех моих проблем, спрашивал, буду ли я стоять до конца, не изменю ли свою позицию по уголовным делам.
Рассмотрение уголовных дел в отношении Самсонова заняло длительное время, в итоге 25 апреля 2005 года уголовное дело о причинении мне вреда здоровью средней тяжести судьей Васейко С.И. было прекращено в связи с истечением сроков давности.
Уголовное дело, возбужденное в отношении Самсонова по факту мошенничества, также неоднократно прекращалось и приостанавливалось. В конечном итоге, после назначения Григорьева на должность прокурора области, я вновь обратилась к нему, уже как к прокурору области. В результате принятых им мер, Волжский районный суд гор. Саратова дал заключение о наличии признаков состава преступления в действиях адвоката Самсонова, в кассационной инстанции решение не было отменено. После предварительного расследования 08 августа 2006 года судьей Волжского районного суда гор. Саратова Самсонов осужден к двум годам лишения свободы с отбыванием этого срока в колонии. Однако 24 октября 2006 года (судья Кобозев Г.В.) обвинительный приговор был отменен и направлен на новое рассмотрение в Волжский районный суд гор. Саратов. Уголовное дело вновь попало на рассмотрение судьи Васейко, который 13 июня 2007 года оправдал Самсонова. 16 августа 2007 года кассационная инстанция (судья областного суда Мышук), оставила оправдательный приговор в силе. Обо всех этих решениях я старалась сообщить Григорьеву, но это не всегда удавалось, так как его старшие помощники Шестакова Т.В., а впоследствии Рябинин А.А., попросту не пропускали меня на личный прием к Григорьеву. Мне был известен номер его телефона мобильной связи, в настоящее время я его по памяти не могу назвать, этот номер записан у меня дома. На самом деле он всегда находился на работе, с половины восьмого и до девяти – десяти часов вечера. Желаю добавить, что еще 01 июня 2007 года, то есть до вынесения оправдательного приговора в отношении Самсонова, ко мне пришел ответ от Шестаковой, из сути которого было ясно, что ей известно о том, что по делу будет вынесен оправдательный приговор. Также прошу отметить, что решения по обоим уголовным делам выносились судьей Васейко 13 июня 2007 года и 16 августа 2007 года, то есть именно в те дни, когда Григорьева не было на месте.
Все это я говорю для того чтобы показать, что Григорьева окружали люди, связанные друг с другом, которые все вместе старались оградить Григорьева от каких-либо источников информации, не проверенной ими самими. Я считаю, что Григорьев относился ко мне как к доверенному источнику объективной информации о тех или иных работниках правоохранительных органов.
В сентябре 2007 года я получила ответ, подписанный заместителем прокурора области Масловым Т.В., от 19 сентября 2007 года, согласно которому оснований для постановки вопроса о пересмотре оправдательного приговора.
Я обратилась вновь к Григорьеву, он вызвал Маслова, в моем присутствии он начал спрашивать Маслова о причинах отказа в обжаловании оправдательного приговора, поясняя что ранее давал указание пройти все инстанции обжалования. Затем он дал указание Маслову организовать пересмотр этого решения. В итоге, мне по почте пришел ответ от 24 октября 2007 года, о том, что в областной суд направлено надзорное представление. Областной суд отказал в удовлетворении этого надзорного представления и 18 января 2007 года я получила ответ, подписанный начальником управления по обеспечению участия прокуроров в рассмотрении уголовных дел судами Павлеевым Ю.В. о том, что оснований для дальнейшего обжалования оправдательного приговора не имеется.
Вышеизложенное я поясняю только для того, чтобы показать, что реально указания Григорьева не выполнялись. В беседах со мной, когда я ему высказывала те или иные факты о его подчиненных, Григорьев говорил, что ему не на кого опереться.
Я считаю, что Григорьева кто-то хотел убрать с должности прокурора Саратовской области, так 01 февраля 2007 года на площади был организован митинг с участием трех женщин. Об их претензиях имеется очерк в газете "Саратовский репортер" от 02.02.2007 года, копию которого я прошу приобщить к протоколу настоящего допроса. В этой связи поясняю, Егорова Л.Н. и Плясунова Н.И. дружат с матерью Никитина. Плясунова еще летом 2007 года в ходе разговора сказала, что Григорьева застрелят, а ему на смену придет Бондар. Имела ли она какую-то конкретную информацию или высказала свое предположение, я не знаю.
Примерно в августе 2007 года я была на личном приеме у Григорьева. В ходе разговора он мне предложил, чтобы я связалась со всеми представителями общественности, привела к нему на прием тех, кого не пропускали на личный прием прокурора его старшие помощники. Я организовала прием граждан, буквально лично проведя их в кабинет к Григорьеву. Также я помню, что однажды Григорьев отправил меня и всех приводимых мной представителей общественности в газету "Взгляд" с тем, чтобы мы там дали интервью о принимаемых судьями незаконных решениях.
По поводу "дела Русакова" могу пояснить следующее. Примерно в 2004-2005 годах Русаков организовал комитет по коррупции. Насколько мне известно, какие-то люди, конкретных фамилий я назвать не могу, так как не знаю, решили организовать освобождение Григорьева от должности прокурора области. С этой целью предприниматели, которому не нравился Григорьев, должны были "скинуться" и собрать эти деньги. Встреча по передаче денег была в каком-то кафе, где Русакова поймали сотрудники правоохранительных органов. Русакова его осудили к пяти годам лишения свободы.
Со слов Григорьева " в деле Русакова мы зацепили Грабко", что это конкретно значит я не знаю, поэтому просто цитирую его слова. Из прессы и разговоров с Григорьевым я узнала, что Грабко хотел занять место Григорьева.
Симшина я знаю с тех пор, когда познакомилась с Самсоновым. В какой должности он ранее работал, я не знаю, Самсонов даже приводил ко мне жену Симшина, которая у меня некоторое время работала юристом. Симшин, который был тамадой на 50-летии Самсонова. Затем Симшина перевели работать в прокуратуру в Ярославскую область, по слухам ему там не нравилось. Примерно в 2007 году я узнала, что Симшина назначили на должность первого заместителя прокурора области. Я позвонила ему, представилась, попросила встретиться с ним. Он стал отказываться от этой встречи. Я пришла на прием к Григорьеву, пояснила, что Симшин плохой работник, что я его давно знаю, он же пояснил, что это назначение Симшина не его инициатива, что его прислали.
По поводу Григорьева могу сказать, что он не пил, не курил, с женщинами не общался, к какой-то конкретной группировке прокурорских работников я его отнести не могу, он находился вне политики и каких-либо дел, вел свою борьбу.
По поводу Никитина могу пояснить, что летом 2007 года в средствах массовой информации была опубликована статья о бизнесе Никитина. В этой связи из Москвы приезжали проверяющие, которые установили, что в собственности у жены Никитина имеется 17 дорогостоящих объектов недвижимости. Со слов Григорьева он заставил Никитина написать рапорт об увольнении, который направил в Генеральную прокуратуру. Со слов Никитина он не писал опровержения в газету, так как ему это запретил делать Григорьев.
По поводу Чечина В.А. могу пояснить, что Григорьев высказывал в беседах со мной, что Чечина он давно хотел уволить, но в силу разных обстоятельств не могу этого сделать.
Свидетель – Подпись
Перед началом, в ходе либо по окончании допроса свидетеля от участвующих лиц: свидетеля Кошмановой Л.И. заявления не поступили.
Содержание заявлении: - Подпись –
К протоколу прилагаю копии на 47 листах.
Свидетель – Подпись
Протокол прочитан: лично.
Замечания к протоколу: нет.
Свидетель – Подпись
Следователь – Подпись
(Уголовное дело № 201/374018-08, том 30 л.д. 1-6).
**
Приложение:
1. Ворсобин В. Саратовского прокурора убили "свои"?
// "Комсомольская правда" (г. Москва). 2008, 21 марта.
2. Бутенко Т. Дело Григорьева
// "Время. События. Тенденции. Мнения" (г. Саратов). 2008, 24 марта. № 11 (126), с. 3.
*
1. Владимир Ворсобин
Саратовского прокурора убили "свои"?
"Комсомолка" нашла важного свидетеля громкого преступления
// "Комсомольская правда" (г. Москва). 2008, 21 марта.
Рубрика: Общество
* Подг. к печати: 01 мая 2019 г. www.криминальныйсаратов.рф. Вяч. Борисов.  
Стал ли Евгений Григорьев жертвой заговора своих коллег - должно проверить следствие.
Загадочное дело об убийстве прокурора Саратовской области Евгения Григорьева становится все более странным. С одной стороны (если верить Следственному комитету РФ), оно вроде бы раскрыто.
Причем образцово-показательно. В короткие сроки были задержаны подозреваемые в организации убийства и сами киллеры. Но с другой... Никто из сотрудников прокуратуры до сих пор не объяснил, зачем директору местного завода "Серп и молот" Алексею Максимову убирать Григорьева? Что, в свою очередь, уже породило в Саратове целую волну слухов. Дескать, на Максимова просто хотят повесить заказное убийство "синего мундира", в то время как истинный заказчик бродит на свободе.
Но слухи были слухами, пока в редакцию "КП" не позвонила давняя знакомая убитого прокурора.
- Я уверена - Григорьева убили свои! - сказала Людмила Карпова (имя и фамилия изменены, но женщина согласилась дать показания следствию, если это потребуется).
Исходя из того, что следствие заинтересовано в получении максимума информации и обязано проверять все версии, даже самые невероятные, мы публикуем цитаты из этого сенсационного интервью.
Исповедь "информатора"
Впервые я встретилась с Григорьевым еще в начале 90-х, когда он возглавлял "Кобру" (следственно-оперативная группа, избавившая город от бандитской мафии в 90-е годы. - Ред.), а я только-только пыталась начать собственный бизнес. Времена были лихие, и бизнес у меня бандиты, конечно же, пытались отнять. Но каждый раз мне удавалось выкрутиться. Настоящие трудности настали, когда на меня наехали представители одной из самых влиятельных саратовских преступных группировок. Люди там были очень серьезные, и когда я отказалась отдать свое предприятие (взамен мне предлагали остаться при нем управляющим), пригрозили смертью. Тогда-то я и побежала в "Кобру". Григорьев внимательно меня выслушал и обещал помочь. И действительно, спустя короткое время бандитов задержали и возбудили уголовное дело.
По натуре Григорьев был очень добрым человеком. Но требовал, чтобы все было по закону. Например, пришли ко мне в магазин с очередной незаконной проверкой. На месте оказался только мой заместитель. Ну он и согласился дать взятку. Когда Григорьеву я это рассказала, он сильно рассердился. И пригрозил: "Зачем ты допустила это? Если это повторится, я с тобой больше работать не буду! Сразу нужно было приходить ко мне и все рассказывать!" Обиделся он на меня тогда очень сильно...
Я довольно часто общалась с Евгением Федоровичем. Сначала исключительно по делу, но потом наши встречи приобрели дружеский характер. Впоследствии отношения строились так - я помогала Григорьеву с информацией, касающейся ситуации с преступностью в Саратове (так как бизнесмен знает ее, увы, слишком хорошо). Он помогал решать мне мелкие проблемы. Встречались мы обычно два-три раза в месяц.
Замужем за прокуратурой
Круг моих прокурорских знакомых расширился после того, как против ОПГ, пытавшейся отнять мой бизнес, возбудили уголовное дело. Тогда я познакомилась с одним из сотрудников прокуратуры Сорокиным (фамилия изменена. - Ред.). Когда Сорокин уволился, начал сильно пить. Именно тогда его знакомые, оставшиеся работать в прокуратуре, попросили меня: помоги мужику вылезти из ямы... С Сорокиным у меня начался роман, мы даже начали жить вместе. Он смог подняться на ноги. Я тогда и не подозревала, к чему приведет этот гражданский брак.
Несмотря на то, что Сорокин уволился из прокуратуры, он продолжал тесно общаться с бывшими коллегами. Фактически это была очень организованная группа людей, повязанная общим прошлым. Причем у каждого имелся какой-то компромат друг на друга, который, впрочем, их еще больше сплачивал. Эти люди занимались "скользкими" делами - например, как и бандиты, "доили" предпринимателей. Серегин (далее фамилии изменены, сейчас он высокопоставленный сотрудник прокуратуры. - Ред.), Чурин (один из местных прокуроров. - Ред.), Николин (высокопоставленный сотрудник прокуратуры. - Ред.)... Сейчас эти имена на слуху. Тогда их должности были не столь видными, но все равно значимыми. О том, чем занималась эта преступная группировка, созревшая внутри прокуратуры, я, разумеется, рассказывала Григорьеву. У меня были свои причины...
Досье на коллег
В конце 90-х прокурорские работники попытались отнять уже мой бизнес. У меня к тому времени был продуктовый магазин в центре города, на который они и положили глаз. Тогда-то и стали понятны истинные намерения Сорокина - он жил со мной только для того, чтобы в один прекрасный момент стать владельцем всего моего состояния. Обманным путем Сорокин все-таки завладел магазином, но Григорьев, работавший тогда уже в прокуратуре Саратова, помог мне и здесь - именно он оформлял заявление в суд и советовал, как себя нужно вести. Я ему в благодарность продолжала поставлять информацию о прегрешениях людей в форме. К тому времени Григорьев обладал уже обширным досье на многих сотрудников правоохранительных органов - уверена, что не только я была его информатором. Несколько раз сама лично видела, как он вносил какие-то записи напротив фамилий саратовских силовиков. Он уже тогда задумывался о необходимости кадровой чистки.
Рапорт об отставке
К тому моменту, как Григорьев стал прокурором Саратовской области, он знал очень много. И не строил иллюзий по поводу своего окружения. "Поменял бы всех прямо сейчас, но некем ведь заменить", - как-то сказал он мне.
Основные претензии он имел к трем сотрудникам (далее идут фамилии этих лиц). Кроме того, он подозревал некоторых помощников в том, что они утаивают от него информацию. Но Григорьев на открытый конфликт не шел - громкие скандалы никогда не были его коньком. Думаю, он хотел нанести один, но решающий удар.
Несмотря на то, что открыто Григорьев ни с кем не конфликтовал, отношения с окружением у него стремительно портились. Особенно они обострились в середине прошлого года, когда в газетах появилась информация о денежном состоянии одного из прокурорских работников - на его жену, оказывается, оформлен ряд объектов недвижимости в Саратове. В середине прошлого года Григорьев потребовал от этого человека подать рапорт об увольнении. И отослал его в Генпрокуратуру. Но бумага затерялась в Москве.
Григорьев все понимал, но отчего-то медлил. А противоположная сторона тем временем перешла к реальным действиям. Помните дело Русакова? ("КП" уже писала, как незадолго до смерти Григорьева некто Русаков был осужден на 5 лет за мошенничество - он собирал деньги с бизнесменов якобы... для организации отставки неудобного прокурора.) Так вот, я уверена, что все это - дело рук коллег Григорьева. Об этом говорит то, что в деле Русакова фигурировал представитель правительства Олег Грабко. Он возглавлял прокуратуру одного из районов Саратова. Они не могли подумать, что Русакова задержат и арестуют. Произошло это благодаря осведомленности Григорьева. А дело дошло до суда только благодаря тому, что его расследовали не местные следователи, а из Пензы. И только благодаря Григорьеву суд назначил Русакову пять лет тюрьмы за мошенничество.
Недруги Григорьева были уже готовы на серьезные меры. Но не дремал и Григорьев. Факты в его досье достигли, очевидно, критической массы. Я думаю, что он собирался их передать вышестоящим органам. Но не успел...
Источник KP.RU
(Ворсобин В. Саратовского прокурора убили "свои"?
// "Комсомольская правда" (г. Москва). 2008, 21 марта.
**
2. Тимофей Бутенко
Дело Григорьева
Сорок дней спустя
// "Время. События. Тенденции. Мнения" (г. Саратов). 2008, 24 марта. № 11 (126), с. 3.
Рубрика: События
* Подг. к печати: 28 апреля 2019 г. www.криминальныйсаратов.рф. Вяч. Борисов.  
На прошлой неделе одно из федеральных изданий опубликовало очередной материал, посвященный громкому убийству Евгения Григорьева. Несмотря на огромный поток предшествующих материалов СМИ, в которых десятки раз перемалывались одни и те же версии о причинах гибели прокурора, эта статья вызвала широкий резонанс в общественности и властных кругах. "Время" узнало, что думают об этой публикации лица, прямо или косвенно причастные к ней.
Статья под заголовком "Саратовского прокурора убили "свои"?", скорее всего, в считанные минуты после появления в продаже газеты, или даже еще до того, облетела все "высокие столы" области. В этой публикации некое анонимное лицо рассказывает о своей близкой дружбе с Григорьевым, а также о проблемах, которые, якобы, возникали между убитым прокурором и его коллегами.
Имена и фамилии всех фигурантов материала изменены, однако таким интересным образом, что присутствует некая созвучность с именами и фамилиями реально существующих людей. Рассказывает историю в газете Людмила Карпова. В ее рассказе фигурирует "сотрудник прокуратуры Сорокин", который после увольнения из надзорного органа тесно общался с коллегами – Серегиным, Чуриным и Николиным. Всех этих людей источник называет "преступной группировкой", на которую у Григорьева, якобы, был компромат.
Как пояснил "Времени" источник в прокуратуре области, по описанию событий, представленных в публикации, вполне можно понять, о ком идет речь. Например, известный саратовский журналист Александр Крутов усмотрел в данной публикации подозрительную схожесть со знакомой ему до боли историей. В далеком 2003 году он опубликовал статью, в которой рассказывалось о нелегкой судьбе некой предпринимательницы Лидии Кошмановой, которая имела магазинчик на улице Мичурина в Саратове.
В публикации 2003 года, как и в той, что вышла недавно, присутствуют бандиты –рэкетиры, из-за нападок которых на магазин женщина обратилась за помощью в прокуратуру.
- Тогда она познакомилась со следователем по особо важным делам областной прокуратуры Владимиром Самсоновым, - отметил Александр Крутов. – Потом он покинул работу в надзорном органе, пользуясь доверием Кошмановой, переписал на себя ее собственность.
По словам Крутова, женщина принялась обращаться в суд и прокуратуру, за что и поплатилась здоровьем – г-н Самсонов повредил ей шейные позвонки. Далее последовал суд, и бывший прокурор должен был быть осужден, однако, как отметил Крутов, в дело вмешались его друзья.
- Потом дело бродило из суда в суд, - заметил журналист. – Кажется, разбирательства до сих пор не окончились. Могу только сказать, что во время похорон Григорьева, Лидия Кошманова была зафиксирована видеокамерами в первых рядах и находилась в крайне расстроенных чувствах.
Кроме того, Александр Крутов предположил, что близкими знакомыми Самсонова тогда были Владимир Чечин и Николай Никитин. Таким образом, появляется удивительная схожесть между двумя этими историями. "Время" попыталось узнать, что думают по поводу публикации прокурорские работники. Если с начальником следственного управления по Саратовской области следственного комитета при Генеральной прокуратуре РФ Николаем Никитиным связаться пока не удалось, то прокурор Волжского района города Саратова Владимир Чечин сразу же решил ответить на вопрос корреспондента.
- Это бред, - сообщил он. – Причем, это злонамеренный бред.
Еще один фигурант совпадений – Лидия Кошманова – не изъявила желания в ближайшее время ни подтверждать, ни опровергать свою причастность к материалу изобличительного характера.
Интересную позицию заняла заместитель начальника следственного управления следственного комитета при прокуратуре РФ по Саратовской области Татьяна Сергеева. Несмотря на то, что уже прошло сорок дней с тех пор, как было начато расследование дерзкого убийства прокурора и появилось много сообщений о том, что дело раскрыто, она сообщила "Времени":
- По поводу данной публикации я думаю. Мы сейчас ее изучаем и анализируем.
(Бутенко Т. Дело Григорьева
// "Время. События. Тенденции. Мнения" (г. Саратов). 2008, 24 марта. № 11 (126), с. 3).
*
Вячеслав Борисов, www.криминальныйсаратов.рф
10 мая 2019 г., г. Саратов.
***



Комментариев нет
 
Назад к содержимому | Назад к главному меню