Поиск по сайту
Перейти к контенту

Главное меню:

Убийство Акчурина, "дело мясников", "дело Капульника" Часть 2. Статья А. Крутова. Отцы и дети: саратовский аспект. 2008 г.

Авторы - статьи > Борисов Вячеслав

Автор: Вячеслав Борисов
Написано: 06.01.2021

Опубликовано: 06.01.2021



Александр Крутов
Отцы и дети: саратовский аспект
// "Общественное мнение" (г. Саратов). 2008, май. № 5 (104), с. 74-77.
Рубрика: Тайны следствия.
* Подг. к печати: 14 сентября 2018 г. www.криминальныйсаратов.рф. Вяч. Борисов.
*
Анонс: лицевая сторона журнала, текст:
Отцы и дети: конфликт или связь поколений.
*
Взаимоотношения отцов и детей издревле являются излюбленной темой произведений мировой литературы. На этом фоне хрестоматийный роман Тургенева – всего лишь небольшой частный изыск на заданную тему. Тургеневские "Отцы и дети", безусловно, неплохое по форме произведение, отражающее многие специфические черты провинциальной России середины девятнадцатого века. Однако его содержание не вполне соответствует теме, вынесенной в заглавие. А если точнее, то проблема "отцов и детей" для Тургенева – это не самостоятельная тема, а литературный прием, призванный продемонстрировать читателю переход в сознании передовых членов российского общества из состояния "лишних людей" к формированию АЖэПэ (то есть "активной жизненной позиции"). В полицейско-бюрократическом государстве (каковым являлся Советский Союз), строящем свою политику и идеологию на принципах жесткого патернализма, тургеневские мотивы и мотивации были не актуальны. Более применимы к нашему недавнему прошлому мотивы иных, по большей части зарубежных литературных шедевров.
На мой взгляд, по своему смыслу поведение ведущих саратовских политиков новейшего времени является калькой с сюжетов древнегреческого сказания о фиванском царе Эдипе, убившем своего отца Лаия и женившемся на матери - Иоакасте. Впрочем, не исключаются и даже очень часто встречаются местные ремейки на мотивы трагедий Шекспира "Ромео и Джульетта", "Гамлет", "Король Лир" или комедий Гоголя. Для иллюстрации этого тезиса я хочу рассказать несколько историй о том, как преломляются классические литературные сюжеты  в реальной жизни наших земляков.        
Капульники – не Капулетти
Сюжет трагедии Шекспира "Ромео и Джульетта" хорошо известен. Любовь главных героев вызревает на фоне многолетнего кровавого конфликта между их семействами. Отказ детей от культивируемого отцами поведенческого стереотипа семейно-клановой вражды и переход к скрываемой от широкой общественности любви приводит к величайшей трагедии. По ходу развития сюжета гибнут все представители молодого поколения враждующих семейств Монтекки и Капулетти. Вражда отцов губит детей и их любовь – таков лейтмотив шекспировской трагедии. В середине 80-х годов сюжет трагедии Шекспира повторился в Саратове, что называется "с точностью до наоборот". Два влиятельных саратовских семейства оказались покруче Монтекки и Капулетти вместе взятых. Через браки своих дочерей они фактически породнились не только семьями, но и сблизились организациями, которые в ту пору пребывали в состоянии серьезного межведомственного конфликта. А с учетом того, что речь шла о таких сугубо силовых ведомствах, как КГБ и МВД, подобное игнорирование межведомственной вражды не могло остаться без последствий. Последствия же имели все признаки громкого уголовно-политического скандала и превзошли самые смелые ожидания романистов прошлого. Но обо всем по порядку.
О том, что силовые ведомства Советского Союза на протяжении семи десятилетий существования этого государства дружат, примерно как кошка с собакой, было известно давно. Иногда конфликт между милиционерами и чекистами просто тлел, иногда переходил в фазы обострения. Наиболее отчетливо и ярко межведомственный конфликт КГБ и МВД проявился в последние годы брежневской эпохи, чем не преминули воспользоваться деятели культуры. Об этом противостоянии написаны романы Тополя и Незнанского, и даже снят художественный фильм "Убийство на Ждановской". В результате КГБ "переиграл" менее искушенных в политических интригах оппонентов. Застрелился бывший министр внутренних дел СССР Щелоков. А его заместитель и зять Брежнева Юрий Чурбанов, как казнокрад и коррупционер, получил длительный срок лишения свободы. У КГБ тоже не обошлось без потерь – то ли застрелился, то ли был застрелен своими заместитель Андропова и давнишний друг Брежнева генерал Семен Цвигун. Сегодня об этих людях вообще мало кто помнит, а тем более уж с благодарностью вспоминает их имена. Даже город Рыбинск, которому пришлось насколько лет просуществовать под именем Андропов, вернулся в итоге к своему историческому имени. А вот саратовские руководители полицейских ведомств застойной поры удостоились гораздо большего внимания и признательности "благодарных потомков". Уже в наши дни на здании, где сегодня мирно уживаются местные управления МВД и ФСБ, были торжественно открыты мемориальные доски в честь генералов Василия Васькина и Демьяна Дегтярева. Какие служебные достижения подвигли нынешних продолжателей дела "железного Феликса" выделить и отметить именно этих генералов, лично мне не ведомо. Однако в контексте рассматриваемой нами проблемы взаимоотношения отцов и детей товарищи Васькин и Дегтярев интересны, прежде всего, тем, что в условиях существования упомянутого выше межведомственного противостояния сумели породниться семьями. Это старик Шекспир писал о любви и клановом противостоянии, что называется, в лоб. А в случае с любовью генеральских дочерей все напоминало многоходовую оперативную комбинацию.
С 1953 по 1973 годы в саратовском управлении КГБ служил майор Игорь Яковлевич Капульник. Особыми оперативными талантами этот майор не блистал, но зато имел супругу Зою Сергеевну, занимавшую видный пост в торговой сфере, и двух сыновей – Сергея и Игоря. И так уж вышло, что сыновья майора Капульника женились на дочерях начальников областных управлений КГБ и МВД, тем самым связав эти две конкурирующие конторы невидимыми постороннему взгляду родственными узами. Старший из братьев Сергей, преподаватель Саратовского политехнического института, взял в жены дочь генерала КГБ Василия Васькина Екатерину. А младшенький Андрей в 1973 году, аккурат в год выхода майора Капульника в отставку, женился на дочери милицейского генерала Демьяна Дегтярева Людмиле.  
Начальник ГУВД Саратовского облисполкома Демьян Гаврилович Дегтярев имел двух дочерей, которых сумел выдать замуж за парней, имеющих близких родственников в местном управлении КГБ. Если Людмила вышла замуж за сына майора Капульника, то вторая дочь милицейского генерала стала супругой младшего брата председателя парткома УКГБ по Саратовской области Сергея Овчинникова. Того самого, который сегодня трудится проректором по безопасности в Саратовском социально-экономическом университете. И вот что удивительно – новоиспеченные зятья генерала Дегтярева, до той поры никакого профессионального отношения к органам внутренних дел не имевшие, вдруг стали делать резкую карьеру в структурах тогдашнего МВД. Александр Овчинников был аттестован в звании младшего лейтенанта внутренней службы и назначен на должность… заместителя начальника по оперативной части саратовского СИЗО. Следует пояснить, что данная должность соответствовала званию майора или подполковника, но никак не младшего лейтенанта. Однако буквально через несколько месяцев, после назначения Александра Овчинникова "кумом" в СИЗО, его звание стало соответствовать должности. А в среде тюремных острословов стала бытовать байка о том, что новому куму каждый месяц прибавляется по звезде на погоны.
Что же касается второго генеральского зятя, то первые годы после женитьбы Андрей Капульник всерьез не помышлял о милицейской карьере. Он благополучно закончил местный филиал Московского института советской торговли и пошел по стопам матери. Однако тут случилась неожиданная неприятность, которая резко изменила его взгляды на жизнь. В середине 70-х годов в отношении Зои Сергеевны Капульник было возбуждено уголовное дело по очень неприятной, 92-й, статье УК РСФСР – "Хищение государственного или общественного имущества путем присвоения или растраты либо путем злоупотребления служебным положением". Но сажать в тюрьму генеральскую свекровь было как-то неудобно. А потому 30 апреля 1976 года уголовное дело в отношении Зои Капульник было прекращено. После этого ее младший сын и одновременно зять генерала Дегтярева начал осознавать, что, имея на плечах погоны, можно рассчитывать получать от торговли и торговцев гораздо большие дивиденды, не особо опасаясь за последствия. Поэтому в 1979 году он завязывает с работой в советской торговле и занимает должность начальника областного адресно-справочного бюро УВД.
С прежнего места работы Андрей Капульник первоначально увольняется с формулировкой "по собственному желанию". Но спустя непродолжительное время его приход на руководящую должность в органы внутренних дел обставляется со всеми необходимыми для того времени формальностями. В сентябре 1979 года бюро Фрунзенского райкома КПСС проводит назначение Капульника в качестве "партийного направления для укрепления милицейских рядов". После чего прежнее "собственное желание" переоформляется как "служебный перевод". А в ноябре 1980 года, то есть спустя год после работы в органах внутренних дел, не имеющего никакого специального образования генеральского зятя назначают на должность заместителя начальника паспортного отдела ГУВД области. Именно здесь во всей своей красе проявились криминальные таланты Андрея Капульника, который и не думал прерывать своих контактов в торговой сфере. На чем, собственно, впоследствии и погорел.
Когда мясо пахнет порохом
В 1984 году в Саратове было совершено первое заказное убийство. В салоне своего автомобиля "Волга" был взорван товаровед Центрального колхозного рынка Вадим Акчурин. Об этом громком деле, получившем название "дела мясников", писал в свое время журналист Сергей Михайлов в первом томе книги "Криминальный Саратов". Поэтому, не вдаваясь особо в подробности, расскажу лишь об основных итогах этого уголовного дела, которые имеют отношение к сути нашего повествования. Как выяснилось в ходе расследования, заказчиком убийства Акчурина стал бригадир мясников Анисимов. А основным мотивом столь дерзкого преступления стали борьба за лидерство в бригаде мясников и противоречия при распределении прибыли от реализации по рыночным ценам государственного мяса. Почувствовав, что простой мясник Акчурин стал неформальным лидером в бригаде получать значительную долю "левых" денег, Анисимов начал нервничать и предпринимать определенные меры против "конкурента". В этом Анисимову оказывал посильную помощь его приятель из ГУВД области А. Капульник. Сначала на Акчурина оказывалось моральное давление путем размещения в газете "Коммунист" заказных статей. В ходе следствия было установлено, что 8 января и 3 сентября 1983 года в областной газете "Коммунист" появились статьи, рассказывающие о том, как простой мясник с рынка умудрился под видом дачи построить в Энгельсском районе, в дачном товариществе "Сосновый бор", двухэтажный каменный особняк. По законам того времени, советским гражданам на дачных участках разрешалось иметь лишь дома-времянки, но никак не каменные особняки. А 1983 год известен в новейшей истории как год андроповского "закручивания гаек" и начала кампании по борьбе с "нетрудовыми доходами". Поэтому реакция на критические публикации в органе обкома КПСС последовала довольно быстро, и особняк Акчурина в Сосновом Бору был снесен. И вот, как было впоследствии установлено в ходе следствия, публикации об особняке Акчурина размещал в "Коммунисте" по просьбе Анисимова его приятель Капульник.
Впрочем, одними статьями помощь Капульника в устранении Акчурина из бригады рубщиков мяса не ограничивалась. Как пишет в своей книге Сергей Михайлов, "по просьбе Анисимова Капульник в декабре 1983 года отправил на имя директора саратовского Центрального колхозного рынка письменное представление с предложением освободить Акчурина от материально-ответственной должности, в связи с судимостью за кражи государственного имущества и "незаконной постройкой дачи". К письму чина из УВД прислушались. Но, правда, не сразу. Примерно через месяц он направил еще такое же письмо, где повторял свою просьбу. На основании этого письменного представления приказом № 163 от 28 декабря 1983 года Акчурин был выведен из состава бригады Анисимова и назначен товароведом".
Однако и эта услуга Капульника не достигла желаемого результата. Акчурин и в должности товароведа продолжал верховодить в бригаде и проворачивать темные махинации с государственным мясом. При этом решительно не желал делиться своими доходами с бригадиром. В итоге Анисимов решился на последнюю, самую крайнюю меру воздействия – заказное убийство.
Круговорот оружия в природе
И вот, в ходе проводившихся обысков, у фигурантов этого громкого дела на свет божий стали всплывать стволы, которые числились по документам как изъятые милицией у членов различных преступных группировок и якобы уничтоженные по акту. В результате дело об исчезновении со склада вооружения ХОЗО ГУВД области изъятого у преступников оружия было выделено в отдельное производство под № 20570. Это было тем более актуально, что примерно в то же самое время оперативниками был задержан особо опасный рецидивист, который из пистолета застрелил мужчину и тяжело ранил женщину. Экспертиза показала, что "ствол", которым воспользовался преступник, числился как изъятый и уничтоженный органами МВД. А в ходе допроса подозреваемый признался, что оружие он приобрел на Сенном рынке. Все остальное уже было делом техники. После ряда оперативно-следственных мероприятий были установлены каналы поступления на рынок ворованного оружия, а в деле замелькала фамилия Капульника. В сентябре 1984 года приказам начальника ГУВД области (генерал-майор Демьян Дегтярев к тому времени уже стал пенсионером) Андрей Капульник был уволен из органов внутренних дел "за проступки, дискредитирующие звание начсостава". 10 октября того же года Капульника арестовали и поместили в саратовское СИЗО. А уже 16 октября первичная партийная организация паспортного отдела ГУВД исключила его из рядов КПСС.  
По воспоминаниям бывшего работника СТЗО Евгения Лянгера, даже оказавшись в тюремных стенах, Капульник не сразу смог поверить в то, что он пробудет здесь достаточно долго. Арестованный наотрез отказывался сдавать свой модный галстук работникам изолятора, а потому галстук с генеральского зятя пришлось снимать силой. Поместили Капульника в специальную литерную камеру для особо важных "клиентов", разработкой которых занималось управление КГБ. Данные, которыми к тому моменту обладало следствие, позволяли говорить о целом букете преступлений, в которых был замешан зять бывшего начальника областного ГУВД. В частности, выяснилось, что вскоре после прихода в паспортный отдел УВД области Андрей Капульник проявил невиданное служебное рвение, выходящее за пределы его должностных полномочий. Заместитель начальника паспортного отдела лично ходил по Сенному рынку и изымал паспорта у торговцев из тогда еще братских южных республик. За определенную плату, которая шла в карман Капульнику, паспорт можно было вернуть назад. А еще доплатив энную сумму, можно было получить штампик в паспорт о прописке и больше не опасаться каких-либо неожиданностей со стороны правоохранительных органов. Для этих целей Капульник, пользуясь своим служебным положением, заказал личный комплект необходимых печатей и штампов, после чего начал за мзду "прописывать" в Саратове всех желающих. Благо, что "клиентуры", желающей обрести необходимый штамп в паспорте, на Сенном рынке было предостаточно. Брал Капульник по-божески и в зависимости от материального положения клиента. В частности, за оказание дружеских услуг по "выдавливанию" с рынка Акчурина, Капульник получал не деньги, а ценные подарки – дубленку и прочие дефицитные в ту пору вещи. Об этом, не скрываясь, рассказывал в своих показаниях сам Анисимов, начавший активно сотрудничать со следствием дабы избежать светившей ему "вышки". Впрочем, в его положении глупо было бы запираться, поскольку при обыске в его квартире было найдено немало оружия с милицейского склада. В результате "дело Капульника" фактически превратилось в первое в Саратове уголовное дело шайки "оборотней в погонах". Летом 1985 года вместе с зятем начальника ГУВД на скамье подсудимых оказалось и несколько сотрудников ХОЗО, причастных к хищению оружия с милицейского склада: Борисов, Огневьюк, Карпов.
Но это было в финале, а пока в качестве фигурантов по уголовному делу № 20570 были также арестованы адвокаты Удод и Луговец. Николай Луговец, называвший себя впоследствии в кругу друзей и клиентов "адвокатом Терразини", являлся сыном заведующего отделом административных органов Саратовского обкома КПСС. То есть того самого отдела, который осуществлял политическое руководство и расстановку кадров во всех правоохранительных структурах нашего региона. А вот компаньон Луговца по фамилии Удод мог представлять серьезный профессиональный интерес для вдумчивого психоаналитика или психиатра. Из МВД Молдавии в материалы дела поступила справка, из которой следовало, что в свое время Удод был уволен из органов внутренних дел этой республики в связи с предоставлением при поступлении на работу поддельного документа о среднем образовании. Однако тяга к нереализованной правоохранительной карьере стала принимать у этого господина поистине гипертрофированные формы. Позже, уже в середине 90-х годов, при обыске на его квартире было обнаружено служебное удостоверение, из которого следовало, что Удод является заместителем саратовского военного прокурора, а также соответствующий этой должности мундир. А в середине 80-х Удод и Луговец, по версии следствия, были причастны к цепочке, по которой похищенное с милицейского склада оружие уходило в Абхазию. В результате из дела № 20570 в отдельное производство было выделено новое уголовное дело об оружейном трафике в Абхазию. Для проведения дальнейшего расследования вновь "выделенное" уголовное дело было отправлено в Абхазию и там благополучно похоронено. В результате оба адвоката отделались легким испугом.
Ворованное с милицейского склада оружие помимо "абхазского канала" и распространения среди торговцев Сенного рынка мутным потоком расползалось среди представителей саратовской "золотой молодежи" и руководителей правоохранительных органов. Дефицитной винтовкой прямо со склада ХОЗО обзавелся заместитель начальника ГУВД Бочков, а руководители районных отделов милиции Груздев и Барцев – редкими пистолетами. По-видимому, на первых порах Капульник надеялся, что влиятельные родственники вытащат его с тюремных нар. А когда такая уверенность стала улетучиваться, подследственный начал давать показания, чреватые крупным политическим и внутриведомственным скандалом. Выяснилось, например, что ворованными стволами Капульник умудрился снабдить сына председателя облисполкома Александрова, юриста Игоря Шахназарова и даже свояка, начальника оперчасти СИЗО Александра Овчинникова. Однако ни одного уголовного дела по незаконному хранению оружия в то время возбуждено не было, хотя все показания Капульника безусловно подтверждались. По воспоминаниям одного из бывших милицейских работников, в результате оперативно-следственных действий у фигурантов было изъято даже то оружие, которое на склад ХОЗО ГУВД никогда и не поступало. Но все изъятия оформлялись как добровольная выдача. Единственная неувязка возникла только с Александром Овчинниковым, который признал, что на самом деле выменял "левый" пистолет у Капульника, но тут же якобы его и уничтожил, разобрав на детали и сбросив с моста в Волгу.
Поняв, что крупного политического скандала ему организовать не удастся, подозреваемый Капульник воспылал неукротимой любовью к такому следственному действию, как "явка с повинной". В результате нескольких таких "явок с повинной" в материалах дела замелькали фамилии генералов Дегтярева и Васькина. То вдруг Капульник припоминал, что один из ворованных пистолетов он поменял на рынке на серьги с бриллиантами, которые он вскоре подарил своей теще. То вдруг начинал давать показания, в которых рассказывал о том, как генерал Васькин подарил им с братом редкую саблю. Из показаний Капульника следовало, что найденная при обыске в его квартире сабля была изъята в Красноармейске у кого-то из местных жителей самим Васькиным. Здесь следует пояснить, что генерал КГБ Василий Васькин был страстным собирателем холодного оружия и имел одну из лучших в Советском Союзе частных коллекций в этой области. По слухам, в коллекции Василия Тимофеевича имелись даже такие раритеты, как сабля эмира Бухарского и другие редкости. По-видимому, изъятая в Красноармейске сабля оказалась не столь редкой, а потому была передарена генералом одному из братьев Капульников. Так или иначе, но для проверки этих показаний было необходимо проводить обыски по месту жительства генералов. Но трогать генерала КГБ Васькина, который ко времени описываемых событий уже как девять лет находился на заслуженном отдыхе, следствие не решилось. Вместо этого были допрошены ближайшие родственники Андрея Капульника. Показания отца - Игоря Яковлевича Капульника - и брата Сергея хоть и противоречили друг другу, но зато свидетельствовали о полной непричастности генерала Васькина к злосчастным саблям.
*
Из протокола допроса Капульника Сергея Игоревича, доцента СПИ, 1943 г.р.
Вопрос: Капульник А.И. показал, что предъявленные вам сабли принадлежат вашему тестю Васькину В.Т.?
Ответ: У Васькина были две сабли, которые я брал, передал брату, он их очистил, и я затем вернул их Васькину. Это было вроде в 1983 году.
Из протокола допроса Капульника Игоря Яковлевича, зам. начальника службы военизированной охраны Приволжской железной дороги, 1920 г.р., члена КПСС.
Ответ: В 1970 году я по роду работы обслуживал Красноармейский район. Я был знаком с Дарониным Сергеем Григорьевичем, из кабинета которого забрал себе сабли. Сабли положил у себя в гараже, а затем их взял Капульник А. и повесил у себя в квартире.
Младший сын, Капульник Андрей Игоревич, 1947 г.р. последнее время работал в органах МВД Сароблисполкома. 14 сентября 1984 года сына уволили из органов МВД. Андрей мне пояснил, что уволен за связь и порочащее звание сотрудника органа. Андрей мне пояснил, что был знаком с одним рубщиком мяса, зовут Юрий, и брал у него мясо. В настоящее время этот рубщик арестован. Больше он мне ничего не пояснял. Я по этому поводу был возмущен и высказал ему сожаление.
*
Так или иначе, но только на участи заключенного Капульника его добровольная помощь следствию никак не отразилась. Весной 1985 года уголовное дело № 20570 было закончено и отправлено в суд. Правда, почти одновременно по инициативе тогдашнего заместителя прокурора области Анатолия Горшкова была предпринята попытка разделить это уголовное дело на два: дело самого Капульника и дело расхитителей оружия из числа бывших сотрудников ХОЗО ГУВД. Однако в областном суде с такой постановкой вопроса не согласились, посчитав его недобросовестной бюрократической уловкой. 24 мая 1985 года судебная коллегия по уголовным делам Саратовского областного суда вынесла "Определение распорядительного заседания", в котором, не согласившись с выделением в отдельное производство дела о хищении оружия со склада ХОЗО УВД Сароблисполкома. Дело было возвращено назад в прокуратуру, а Андрей Капульник остался под стражей. Фактически, это был редчайший случай, когда суд не стал подыгрывать прокуратуре, а поставил вопрос ребром: либо будет рассматриваться единое уголовное дело о первой в Саратове организованной преступной группе "оборотней в погонах", либо встанет вопрос об игнорировании прокурорскими работниками требований закона. Прокуратуре пришлось согласиться с правомерностью доводов суда.
В результате зять начальника ГУВД области оказался на скамье подсудимых вместе с группой подельников-расхитителей. Приговором народного суда Заводского района Саратова 17 июля 1985 года Андрей Капульник был приговорен к 10 годам лишения свободы с содержанием в ИТК усиленного режима. Прокуратура не согласилась со столь суровым приговором, но в результате последовавшей в марте 1987 года попытки обжалования главному "виновнику торжества" удалось скостить всего лишь два года, уменьшив назначенный ему срок заключения до 8 лет.
Воспоминания о будущем
Естественно, не обошлось и без внутриведомственного "разбора полетов". Руководство МВД было очень заинтересовано в том, чтобы найти виновника, который "запустил козла в огород". Министерская проверка показала, что тесть Капульника, генерал Дегтярев, к трудоустройству зятя заместителем начальника паспортного отдела формально не причастен, поскольку в этот момент находился в отпуске за пределами Саратова. А приказ о назначении осужденного Андрея Капульника на высокую и ответственную должность с массой всевозможных нарушений осуществил заместитель начальника ГУВД Саратовской области по кадрам. К тому времени, когда разгорелся скандал с "делом Капульника", этого человека в нашем городе уже не было. Он получил новое высокое назначение и отбыл для прохождения дальнейшей службы в Афганистан в качестве заместителя руководителя группы советников МВД СССР при МВД ДРА. Однако в середине 80-х годов принципиальность руководства МВД по отношению к совершившим серьезные должностные прегрешения милицейским чиновникам была не в пример нынешней. Кадровика, своим угодничеством подставившего родное министерство под крупный уголовный скандал, вернули из зарубежной командировки и собирались отдать под суд. Но потом все же смилостивились и просто уволили со службы. После чего бедный кадровик несколько лет мыкал горе в должности… старшего научного сотрудника Института социально-экономических проблем развития агропромышленного комплекса  АН СССР.  
Но в 1988 году, когда страсти понемногу улеглись, и о деле Капульника стали подзабывать, наш кадровик снова вернулся на работу в родное МВД, где его обширные знания и многочисленные таланты оказались востребованными на ниве воспитания подрастающих милицейских кадров. А в 1993 году этому человеку даже было присвоено звание генерал-майора внутренней службы. Но не буду больше томить читателя. Человека, выписавшего Андрею Капульнику "путевку в жизнь", звали Федором Андреевичем Григорьевым. Ныне он президент Саратовской государственной академии права и глава Общественной палаты Саратовской области. Кстати, если уж мы заговорили про областную общественную палату, то в этом органе (в том его виде, как он воссоздан усилиями господ Россошанского и Утца) оказались востребованы и другие герои громких скандальных и криминальных историй 80-х и 90-х годов.                                
Через несколько лет после описываемых событий генерал-майор милиции Демьян Дегтярев погиб на охоте. По официальной версии, которой, впрочем, мало кто в Саратове поверил, в результате неосторожного обращения с оружием. Якобы спусковой крючок генеральского ружья зацепился за ветку, что и стало причиной рокового выстрела. Дочь генерала Дегтярева Людмила сочла за благо расторгнуть свой брак с Андреем Капульником вскоре после того, как тот оказался в местах лишения свободы. Как сложилась ее дальнейшая жизнь, равно как и судьба самого Капульника после выхода на свободу, автору не известно. По слухам, в настоящее время Андрей Игоревич Капульник живет где-то под Москвой.
Зато за вторую дочь генерала Дегтярева можно только порадоваться. "Дело Капульника" никак не отразилось на карьере Александра Овчинникова, которая продолжала неуклонно развиваться "по нарастающей". Как вспоминает депутат Саратовской городской думы, полковник милиции Владимир Колдин, в конце 80-х годов он обучался вместе с Овчинниковым в Академии МВД. Впоследствии Александр Овчинников был переведен в Москву, где дослужился до звания генерал-полковника милиции и должности руководителя одного из главков МВД.
Генерал-майор КГБ Василий Васькин благополучно вышел в отставку в 1976 году, а в 1993 году благополучно скончался. Но жизнь детей некогда грозного начальника тайной политической полиции нашего региона (у Васькина было двое сыновей и дочь) особо счастливой не назовешь. Нравственное и физическое вырождение потомства генерала Васькина по смыслу очень напоминало сюжет знаменитой повести Салтыкова-Щедрина "Господа Головлевы". Этакая осовремененная семейная история алкогольных и нравственных умертвий. В результате обоих сыновей генерала Васькина сегодня уже нет в числе живых.
(Крутов А. Отцы и дети: саратовский аспект
// "Общественное мнение" (г. Саратов). 2008, май. № 5 (104), с. 74-77).
*
Продолжение следует.
Вячеслав Борисов, www.криминальныйсаратов.рф
06 января 2021 г., г. Саратов.
***



Комментариев нет
 
Назад к содержимому | Назад к главному меню