Поиск по сайту
Перейти к контенту

Главное меню:

Газета "Саратов" и главный редактор Борис Плохотенко

Авторы - статьи > Борисов Вячеслав

Автор: Вячеслав Борисов
Написано: 07.07.2015
Опубликовано:
 14.07.2015


В декабре 1990 г. в Саратове появилась газета "Саратов" - пробный номер газеты вышел 29.12.1990 г., ее  первым главным редактором был Плохотенко Борис Александрович, он же Борис Борухов и т.п. На тот момент ещё существовала советская власть – Советский Союз развалился в декабре 1991 г. В то время газета "Саратов" приобрела значительное число читателей благодаря нестандартному, свежему взгляду на события молодых журналистов, которые позже стали руководителями различных саратовских СМИ.
*
В газету "Саратов" Сергей Михайлов пришел из газеты "Саратовский листок".
О "Саратове", о взаимоотношениях в трудовом коллективе – из которого вышли известные саратовские журналисты, Сергей Михайлов (псевдоним "Serg") рассказал в статье "Неизвестный Саратов: газеты, люди и события прошлого века", опубликованной и Интернете - http://www.rsar.ru/index.php/economic/item/184-saratov-news-people, где пишет:
"<…> В конце 1990 года в Саратове появилась газета "Саратов", и можно сказать, что с ее появлением в Саратове закончилась эпоха раннего журналистского романтизма, и начался период зарождения профессиональной политической журналистики.
Начало девяностых - время, когда разбрасывали камни, даже не думая, в кого они полетят. И даже, бывало, в буквальном смысле. Почти все поголовно были увлечены этой работой. Жили переменами, жили ради перемен. Давились в очередях за водкой по талонам, и пили за победу, за демократию.
Кто был умнее и хитрее, тот обходил политические баррикады стороной и, что называется, ловил момент. Ловили момент совсем молодые пацаны, объединявшиеся в преступные группы, ловили момент бизнесмены. Первые распрекрасно существовали вне политики. Вторые внешне как бы тоже были вне политики, но поскольку бизнес и политика не могут существовать друг без друга, как голова и туловище, то бизнесмены, оставаясь в тени от публичной политики, реально влияли на политические процессы.
Следствием, как мне кажется, такого влияния стало появление газеты "Саратов". "Коммунист" принадлежал обкому партии, "Заря молодежи" была органом обкома комсомола, и не было публичной площадки для освещения новых идей.
"Саратов" стал такой площадкой.
Меня пригласил в эту газету Борис Плохотенко, мой близкий товарищ по "Заре молодежи". Мы работали в "Заре" четыре года. Он в отделе рабочей молодежи, я в отделе пропаганды.
<…> В первом составе редакции работали:
Нелли Ардабацкая,
Татьяна Артемова,
Ольга Бакуткина,
Владислав Боровицкий,
Светлана Брюханова,
Игорь Погорелов,
Анатолий Седов. Потом в редакции появились еще такие ценные кадры, как
Сергей Почечуев,
Юрий Санберг,
Борис Бешаров…
Были у нас какие-то старые письменные столы, полуразвалившиеся стулья. Минимум комфорта. Бумага была большим дефицитом, и ее редактор выдавал буквально по листочку. Вот и вся редакция.
<…> Издательство "Коммунист" отказалось печатать газету. Встал вопрос, где печатать новое демократическое издание.
Печатали в Волгограде. Здесь сверстали несколько номеров, и выезжали в Волгоград сюда дружной творческой компанией: Плохотенко, Почечуев, Седов и я. Жили в гостинице, а верстали газету в редакции "Волжские новости". Редакция этой газеты, была, как бы сказали сейчас, продвинутой. Молодые, современные юноши, девушки. В редакции было много компьютеров, что в то время для саратовских газет было еще роскошью.
<…> С "Саратова" начинались те, кого сегодня знают тысячи людей, а некоторых и миллионы. И это, правда, например, Ольга Бакуткина сегодня работает корреспондентом радио "Свобода". Начинали в "Саратове" первого набора Татьяна Артемова, Юрий Санберг, Сергей Почечуев, Владислав Боровицкий, к сожалению, ушедший от нас не так давно…
<…> Как появилась Артемова и Бакуткина в "Саратове", не совсем помню. Кажется, их привел сам Плохотенко. Артемова ходила на работу в строгом красном костюме, всегда с хорошей прической и макияжем. Была стройной, приятной женщиной. Рядом с редакцией, по коридору - находился офис фирмы Михаила Зайцева, и Артемова ему очень нравилась. Когда у нас в редакции было какое-нибудь торжество, и мы скромно его отмечали, то появлялся Зайцев, смотрел влюбленными глазами на Артемову и ставил на стол дорогие напитки, и закуски.
<…> О Юрии Санберге и о Сергее Почечуеве у меня самые хорошие воспоминания той поры. Это потом, мы как-то разошлись, чему были разные причины. <…>".
*
06.06.2006 г. – "Саратовский репортер" о периоде работы С. Михайлова в газете "Саратов" пишет:
"<…>Когда началась перестройка, Сергей стал работать в первой частной газете Саратова "Саратовский листок". Тематика публикаций – политика, проблемы автономии немцев Поволжья, криминал.
Проработав здесь около года, Михайлов уходит в газету "Саратов" и самым активным образом участвует в создании первого и последующих номеров газеты. Политическая обстановка, исходившая от обкома Саратовского КПСС, была тогда таковой, что газету приходилось верстать в Волгограде, и только потом печатать в Саратове. Сергей входил в состав выпускающей бригады в Волгограде, где работал несколько месяцев.
<…> Бывший заместитель главного редактора газеты "Саратов" Сергей Рыженков (сегодня он работает в Москве ведущим экспертом Международного института гуманитарных и политических исследований) в 1992 году на расширенной планерке в газете "Саратов" назвал Сергея Михайлова, работавшего тогда в этой газете заведующим отделом, "живым классиком саратовской журналистики". Выдержав долгую паузу, Сергей Рыженков в присутствии двух десятков сотрудников газеты "Саратов" повторил еще раз: "Да, именно так. Я считаю, что Сергей Михайлов – живой классик саратовской журналистики". Повторим, это было 14 лет назад.
<…> В период работы Михайлова в "Саратове" им была написана серия статей об агентурной работе в органах внутренних дел. Это было впервые в нашей стране: на основании документов и совершенно секретных материалов, Михайлов рассказал о технологии и методике агентурной работы. После этих публикаций местным КГБ было возбуждено уголовное дело по факту разглашения государственной тайны. Об этом деле написали практически все иностранные СМИ, центральная пресса. Михайлову и его семье угрожали физической расправой, в его квартире чекисты проводили обыск, было проведено более десятка допросов…
Дело закончилось для журналиста благополучно, и до суда оно так и не было доведено: фактов, доказывающих разглашение государственной тайны, следствием найдено не было. Однако, с прискорбием следует вспомнить, что другой фигурант по тому делу и свидетель, майор милиции Игорь Лыков был убит, и это преступление так и не раскрыто.
В тот же период времени Михайлов – активный участник двух международных конференций, проходивших в Москве, на тему "Распространение информации после холодной войны". На одной из них он берет интервью у бывшего шефа ЦРУ и генерала КГБ Олега Калугина. <…>".
(Кое-что о "черном пиарщике" Сергее Михайлове // "Саратовский репортер" (г. Саратов). 2006, 06 июня. № 22 (180), с. 3).
*
После установления "демократического" режима в России газета "Саратов" под руководством главного редактора Б. Плохотенко всё более приобретала ярко выраженную еврейскую окраску, что в сочетании с национальностью главреда имело своеобразный душок.
Газета, почти в каждом номере информировала население г. Саратова и области о деятельности и заботах еврейской диаспоры – публиковала своеобразную летопись жизни иудеев Саратова:
о прибытии в Саратов еврейских эмиссаров из-за рубежа,
о деятельности синагоги и общества "Сохнут",
о подготовке и праздновании религиозных праздников иудеев,
о кошерной пище,
о возможности совершить обряд Брит Мила (обрезание),
об отправке детей в еврейский лагерь,
о преодолении евреями ассимиляции в СССР и РФ, 
о театре-студии "Лехаим",
постоянно публиковала интервью: с проповедниками иудаизма, с раввином синагоги и т.д. и т.п.
*
На 01.01.1993 г. по данным Саратовского областного управления статистики национальный состав Саратовской области составлял:
" <…> Русские – 2 321 735 (чел.),
украинцы – 101 041,
казахи – 77 725,
татары – 55 496,
белорусы – 18 184,
немцы – 17 951,
азербайджанцы – 11 170,
армяне – 8 242,
евреи – 7 436,
молдаване – 4 937,
узбеки – 2 711,
грузины – 2 010,
туркмены – 1 092,
литовцы – 790,
латыши – 376,
эстонцы – 372,
другие национальности – 95 777. <…>". (Текст подчеркнут мною. – В.Б.).
(Корнева Т. В жизни всегда есть место "пятой графе" // "Саратов" (г. Саратов). 1993, 18 июня).
*
Таким образом, газета "Саратов" из-за сугубо национальных взглядов главного редактора Б. Плохотенко фактически принудительно (в нагрузку к интересным материалам!) "просвещала" русское население области (2 млн. 321 тыс. 735 человек) о жизни крохотной еврейской диаспоры, составляющей всего 7 тыс. 436 человек.
Сущность таких публикаций саратовской еврейской диаспоры давным-давно была отражена в известных строчках Игоря Губермана:
Мы – умы,
А вы – увы!
*
В конце 1993 г. в коллективе газеты "Саратов", на фоне авторитарности руководства главреда Плохотенко, миллионных долгов перед издательством "Слово" – которое в долг печатало газету, разгорелся внутренний конфликт. А тут еще в январе 1994 г. издательство "Слово", не имея хоть какой-либо гарантии о возможности получения долга с газеты "Саратов" – на фоне дикой инфляции в России, отказалось продолжать печатать газету в долг.
Вместо конструктивного диалога с директором издательства "Слово" Л. Мотовым, главред "Саратова":
"сделал всё, чтобы представить это как конфликт прогрессивного журналиста Б. Плохотенко с реакционным издателем Л. Мотовым". (Мы возвращаемся. // "Саратов". 1994, 25 января. № 2 (519), с. 1).
24.01.1994 г. газета "Саратов" была перерегистрирована в региональной инспекции в г. Самара – свидетельство № С0581, с главным редактором Сергеем Сергиевским.
Бывший главред Б. Плохотенко несколько лет с переменным успехом судился с газетой "Саратов", но в конечном итоге ушел в небытие.
*
26.06.1997 г. Борис Плохотенко совершил обрезание в саратовской синагоге, о чем поспешил сообщить саратовским СМИ.
25.07.1997 г. в газете "Известия Поволжья" (№ 30) вышла статья с занимательным заголовком "Саратовские евреи обрезались на уровне мировых стандартов", где отмечено:
"<…> Теперь же 26 июня прибывший из Англии ребе Нахум-Мордехай Гальперин провел брит-милу для шести мальчиков – питомцев детской площадки при синагоге "Ган Бейт ор" и четырех постоянных посетителей синагоги, старейшему из которых 62 года. Кстати, среди обрезанных и редактор газеты "СНЕГ" (первый редактор газеты "Саратов") Борис Плохотенко. <…>".
*
16.04.1993 г., саратовские СМИ - Д. Кульков в "Авторском праве" пишет:
"<…> В нашей стране на бытовом уровне всегда существовал некоторый повышенный интерес к людям одной национальности. Эту национальность прямо даже не называли, предполагая, что собеседник и так все понимает: "Он же из тех самых" или "Ну, как же он своему Зяме не…" (читатель, видимо, уже понял о ком идет речь). Вызывало раздражение повышенное долевое присутствие представителей этой национальности в науке, высшей школе, искусстве <…>
<…> В советское время еврейское население Саратова последовательно возрастало (в 1926 году – 6717 человек, в 60-е годы – около 15.000 человек).
<…> Еврейская община в Саратовской области насчитывает около 10 тысяч человек (по переписи 1989 года), в областном центре евреев проживает 8 тысяч. Существует определенные расхождения между трактовкой принадлежности к евреям у евреев и неевреев. Дело в том, что евреем по еврейским законам является тот, кто рожден от еврейки.
Человек может быть хоть трижды Рабиновичем и не быть евреем, поскольку папа Рабинович женился в свое время на Ивановой. И, наконец, нося фамилию Петров, он является евреем, так как мама у него Роза Либерман. Любопытно, что национальная идентификация еврея, принявшего другую веру, становится его собственной проблемой, ибо для ортодоксальных евреев он уже не еврей.
<…> Уровень религиозности среди евреев очень низок, многие озабочены проблемой выезда в Израиль. В этом саратовским евреям посильную помощь оказывает общество культуры, просвещения и милосердия "БЕТ", организованное в августе 1992 года. Президент общества Борис Львович считает, что стремление евреев Саратова уехать в Израиль (на постоянное место жительства или на заработки) связано скорее с неудовлетворенностью условиями жизни, чем с антисемитизмом. <…>".
(Кульков Д. Евреи в Саратове // "Авторское право" (г. Саратов). 1993, 16 апреля. № 8, с. 7).
*
В декабре 1998 г. "публично обрезанный" Б. Плохотенко торжественно объявил об отбытии на историческую родину – в государство Израиль. Было бы даже странно, если Плохотенко и тут не использовал возможность выдать "на-гора" прощальное интервью, где:
"<…> - Но – хотите верьте, хотите нет – как раз последние годы были для меня счастливыми. И знаете, почему? Я сумел вернуться к своим корням, своему прошлому, своей вере. Сумел совершить раскаяние, чего не удавалось и по сей день не удается многим моим соплеменникам. Только теперь я понял: вся моя предшествующая жизнь была ступенькой к этому.
- И все-таки расставание с родиной – желание хлопнуть дверью, сжечь мосты, ответ обидчикам, перечеркнувшим твою карьеру?
- Я бы другой вариант предложил: это возвращение к самому себе. Буду откровенен. Когда в 1975 году в маленьком районном городке, в зале горсовета, я получал паспорт, меня спросили: национальность? Я произнес: еврей. Девушка смутилась: "Ой, а я уже "р" написала". – "Добавьте перед "р" две буквы – "е" и "в", - сказал я. Как ни странно, реакция окружающих, моих школьный друзей была спокойной, где-то даже благожелательной. Потом, правда, когда надо было поступать в институт, мне сказали прямо: дурак…".
(Быстров С. Борис Плохотенко: Остаюсь самим собой // "Известия Поволжья" (г. Саратов). 1998, 25 декабря).
*
05.02.1999 г. – кандидат политических наук Борис Толчинский в газете "Земское обозрение" пишет:
"Новость из разряда привычных" – отбытие бывшего редактора газеты "Саратов" г-на Плохотенко на его историческую родину в Израиль – послужила поводом к ностальгической беседе о временах постперестроечной романтики и честной жизни вообще. Нынче, после всего, что с нами приключилось, внимать прощальным откровениям стреляного борца с коммунизмом было бы смешно, если бы людям, остающимся со своей истинной родиной, с Россией, пусть и "в обвале", не было бы так грустно.
<…> Однажды я пришел в его редакцию со статьей, <…>. Наша краткая беседа стала его поучающим монологом. Передо мной светился самовлюбленный идеалист, дорвавшийся до власти над умами. Конечно, мы все тогда были романтиками. Мы искренне верили в плюрализм, нескоро осознав, что плюрализм на деле – это не наше, а их право высказывать разные мнения, нам надлежит лишь внимать, рукоплескать и восхищаться. Я видел на его лице ухмылку – и не представлял еще, что очень скоро с такой же презрительно-уничижительной ухмылкой на нас, не ощущая нас, будут глядеть Гайдар, Бурбулис, Кох… и прочие, кто услаждался нашей романтической надеждой.
Урок Плохотенко немало значил для меня.  Став профессиональным политологом, я всегда стремился понять, почему эти люди, борцы с коммунизмом, так ужасающе прекрасны, когда рекут с амвонов, и так беспомощны, наивны, жалки, когда пытаются творить.
<…> Нам не дождаться внятного ответа. Ибо идеалисты-разрушители, которых по странному недоразумению все еще именуют демократами, говорят на другом языке.
<…> Наши де…краты – раса воинов, только воюют они с собственной страной, с ее ментальностью, с законами истории, все ради торжества своих наивных грез. Дай им полную волю, никого бы не пожалели, загнали в счастье. Если бы они понимали, что их война обречена, так сказать, объективно-исторически, - может быть, не грешили бы на происки "комноменклатуры", "отсталость русского народа" и пресловутый "пятый пункт".
<…> "Прощальная беседа" вся проникнута не раскаянием, не прощением, а затаенной неприязнью, если не сказать, ненавистью. <…> "Мы сделали все, что могли, но плохие парни оказались сильнее", - так персонажи голливудских боевиков оправдывают бегство с поле боя.
В конце концов, Бог с ним, с покаянием – довольно того, что они начинают отставать от нас. Мы выберемся, это точно, не может быть иначе. И тем скорее, чем меньше будем слушать упертых романтиков, которым благие принципы важнее благого дела. <…>".
(Толчинский Б. Ничего не понял, ничему не научился // "Земское обозрение" (г. Саратов). 1999, 05 февраля. № 4 (218), с. 3).
*
В начале 1993 г. Сергей Михайлов из газеты "Саратов" перешел трудиться в газету "Саратовские вести и вот, что он – под псевдонимом "Serg" рассказал в статье "Неизвестный Саратов: газеты, люди и события прошлого века", опубликованной и Интернете - http://www.rsar.ru/index.php/economic/item/184-saratov-news-people, где пишет:
" <…> Так получилось, что в середине 1991 года, у меня возникли проблемы с жильем.
<…> Вскоре, после событий в августе 1991 года, в Саратове прошла сессия областного Совета, и на этой сессии был назначен новый редактор новой областной газеты "Саратовские вести". Им стал Сергей Евгеньевич Гришин. А "Коммунист" был ликвидирован.
Я в то время продолжал работать в газете "Саратов" - наша редакция вскоре после событий в августе переехала в более комфортные условия, на восьмой этаж издательства "Слова". В столовой, в коридорах часто встречались с Сергеем Гришиным, и он всегда мне задавал один и тот же вопрос: "Ну, когда, Сергей Юрьевич перейдете к нам на работу?". Я отнекивался, мне было неплохо и в "Саратове", где работали в основном, молодые журналисты, в отличие от "СВ", где еще много оставалось журналистов из старого набора "Коммуниста". Потом я отнекиваться перестал, и как-то сказал ему: "Дадите квартиру, перейду". Сергей Евгеньевич обещал подумать. Проходит время и он говорит, что "мой вопрос решится положительно", но для этого надо сначала перейти в штат редакции, а потом будет и квартира. "Я никогда никого не обманываю, Сергей" - сказал мне Гришин. И я перешел на работу в "Саратовские вести". Было это в начале 1993 года. Расставаясь с Плохотенко, редактором "Саратова", я сказал ему, что пора и о хлебе насущном подумать - не вечно же за демократию воевать. На что он, тоном картавого батюшки Владимира Ильича Ленина, меня пожурил: "Эх, батенька, все о колбасе думаете, нет бы о вечном!". Эти его слова я его вспомнил, когда через несколько лет Плохотенко прислал свое первое письмо из Израиля, куда он уехал со своей семьей. В письме он подробно расписывая прелести израильского бытия, рассказывал, как на базаре покупал говядину - как ему там ее разрезали, как ему ее подавали, как она великолепно выглядела и пахла. <…>".
Вячеслав Борисов,
г. Саратов, 07 июля 2015 г.
***



Комментариев нет
 
Назад к содержимому | Назад к главному меню