Поиск по сайту
Перейти к контенту

Главное меню:

Наша безопасность в опасности

Авторы - статьи > Любимов Сергей


Сергей Любимов
Наша безопасность в опасности
 
// "Богатей" (г. Саратов). 2002, 23 мая. № 18 (157), с. 6.
* Подготовлено к печати: 25 июля 2015 г. Вячеслав Борисов.
 
Ни для кого не секрет, что правоохранительные органы не могут эффективно бороться с преступностью, захлестнувшей в последние годы нашу страну. Причин тому много: отсутствие надлежащей материально-технической базы, низкий профессиональный уровень сотрудников, коррумпированность государственного аппарата, в том числе и милиции, и т.д. Однако живет в народе легенда о некой могущественной организации, от всевидящего ока которой ничто не может укрыться. ФСБ, наследница легендарного КГБ, - вот структура, не тронутая ржавчиной коррупции, обладающая превосходными техническими средствами, компетентными сотрудниками, которым по плечу любые задачи! Когда-то это соответствовало действительности. КГБ имел мощную материально-техническую базу и крепкие оперативные позиции.
Туристические теплоходы с иностранцами не приставали раньше к берегам Саратова, насыщенного оборонными предприятиями. Поэтому для таких теплоходов была предусмотрена "зеленая" остановка в Балаково. Там был сооружен капиталистический пляж, на котором в изобилии имелись лежаки и зонтики, а улыбчивые продавщицы разносили мороженое и прохладительные напитки. При этом каждый зонтик был оборудован скрытой видеокамерой, а продавщицы после рабочего дня писали отчеты своим кураторам. В гостинице "Волга", где останавливались редкие в Саратове иностранцы, каждый номер был оборудован прослушивающими устройствами, а при необходимости к ним добавляли и видеоконтроль. Музыканты всех ресторанных оркестров были агентами КГБ…
В общем, до начала 90-х годов влияние тайной государственной полиции было огромным. Достаточно высоким был и профессиональный уровень ее сотрудников – недаром многие из них в новых условиях добились успехов и в политике, и в бизнесе. Можно ли сказать то же самое о сегодняшней ФСБ? Мой личный опыт говорит, что нет, нельзя.
В 1997 году я работал оперуполномоченным ОБЭП Фрунзенского РОВД. В начале декабря 1997 г. я изъял на торговой точке ТОО "Волга-сервис" в торговых рядах Крытого рынка поддельные сертификаты соответствия на продукты питания. Директор и управляющий торгового предприятия уклонились от дачи объяснений и предлагали взятку за "решение вопроса". Спустя несколько дней ко мне в кабинет вечером пришел директор проверяемого ТОО "Волга-сервис" и пытался вручить деньги. Деньги я, естественно, не взял, а посетителя выпроводил в коридор. Там я увидел группу мужчин, которые сидели, уставившись на дверь моего кабинета. Вечером в пустом коридоре РОВД они выглядели по меньшей мере странно. Проанализировав свои разговоры с сотрудниками проверяемого ТОО, я обратил внимание и на другие странности, которым раньше не придавал значения. Я понял, что на получение взятки меня провоцировали предприниматели по заданию одной из спецслужб. Тогда я еще не знал, какой именно.
Когда стало ясно, что денег я не возьму, их передали на торговую точку моим знакомым. Когда я в очередной раз отказался от денег, терпение проверяльщиков лопнуло и они решили меня брать в расчете на то, что заставят дать признательные показания. Меня задержали в служебном кабинете сотрудники отдела экономической контрразведки (ОЭК) и привезли в управление ФСБ. Проводивший допрос сотрудник пообещал меня отпустить в обмен на признательные показания и информацию, компрометирующую руководителей РОВД. Он сказал: "Ты занял неправильную позицию. Тебе надо сдать больших людей, и тогда они, чтобы спасти себя, вытащат заодно и тебя". Однако логика чекиста оказалась для меня недоступной.
Прокуратурой Саратовской области в отношении меня было возбуждено уголовное дело по ст. 290 УК РФ "Получение взятки". Перед тем как отвезти меня в изолятор временного содержания, сотрудники ФСБ произвели личный обыск. Он был произведен без понятых, в протокол не была включена микрокассета с записью разговоров с директором ТОО "Волга-сервис", где он предлагал мне взятку. На следующий день сотрудники ФСБ произвели обыск у меня дома. На изъятом у меня дома товарном чеке была запись, сделанная директором ТОО "Волга-сервис" с предложением денег. В нарушение норм УПК сотрудник, проводивший обыск, не описал подробно изъятые вещи. Впоследствии, поняв, что изъятый товарный чек и микрокассета работают против версии обвинения, они подменили протокол личного обыска, подделав мои подписи и товарный чек. Эти факты установлены следствием. Сотрудник ФСБ подменил товарный чек на кассовый с какими-то посторонними записями и на очной ставке утверждал, что не видит разницы между товарным и кассовым чеками! Когда старший оперуполномоченный отдела экономической контрразведки разбирается в товарных чеках хуже домохозяйки, то поневоле начнешь сомневаться в здравомыслии не только его самого, но и руководителей, позволивших ему занимать эту должность.
Когда обыватель следит по телевизору за приключениями героя, разоблачающего мафию, то он прощает нарушения закона ради восстановления справедливости. Но налогоплательщики не прощают спецслужбам некомпетентность. Если оставить тему фальсификации доказательств в отношении невиновного, то встает вопрос: как может ФСБ, действуя столь некомпетентно, изобличить настоящего преступника?
Я провел в тюрьме 2 месяца. В ходе реализации дела оперативной проверки (ДОП) в отношении меня велись внутрикамерные разработки, которые, впрочем, мне удалось расшифровать. Как записано в ДОПе, "в камере ведет разговоры на общие темы". Кстати, сам факт того, что я знаю о существовании ДОПа и его цитирую, означает, что в УФСБ не соблюдается режим секретности. С такой ФСБ наша безопасность в опасности!
В стремлении получить необходимые признания чекисты не ограничились дозволенными методами. В тюрьме меня, сотрудника милиции, неоднократно помещали в камеру к уголовникам. У меня сложилось впечатление, что мои оппоненты по уголовному делу отстали от жизни лет на 60.
В итоге через 5 месяцев уголовное дело было прекращено. Я еще полгода проработал в милиции и уволился по собственному желанию моего начальника. В УФСБ тоже произошли изменения:
начальник ОЭК Александр Бурдавицын стал заместителем начальника УФСБ,
его заместитель  Дородницын занял его кресло. Факты фальсификации доказательств и провокации взятки, предусмотренные статьями 303 и 304 УК РФ и выявленные следствие, остались безнаказанными. В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенном военной прокуратурой, сказано: "В действиях Швецова формально усматривается состав преступления, предусмотренный ст. 303 УК РФ…" Однако Швецов (тот самый сотрудник, неграмотно проводивший обыск) не был привлечен к уголовной ответственности в связи с тем, что не является субъектом преступления. На представление военной прокуратуры о наказании Дородницына (еще один активный участник этого дела) руководство ФСБ отреагировало лишь устным внушением.
В автобиографической повести "Бодался теленок с дубом" Александр Солженицын описал, как он боролся с КГБ. Я не считаю себя фигурой, равной Солженицыну, но у меня сложилось впечатление, что я "бодался" не с дубом, а с гнилым пеньком.
***


 
Назад к содержимому | Назад к главному меню