Поиск по сайту
Перейти к контенту

Главное меню:

Криминальный угрозыск

Авторы - статьи > Обнорский Роман


Роман Обнорский
Криминальный угрозыск
Не все из задержанных милицейских оперативников оказались "нечистыми на руку"
// "Репортер" (г. Саратов). 2007, 28 ноября. № 47 (771), с. 4.
Рубрика: Криминал
* Подг. к печати: 30 октября 2017 г. http://www.криминальныйсаратов.рф. Вяч. Борисов.
Во Фрунзенском районном суде оглашен приговор, ставший сенсацией для Саратова: "вчистую" оправдан заместитель начальника уголовного розыска Фрунзенского РОВД Джарнази Кварцхава, обвинявшийся в получении взятки. Второй подсудимый, заместитель начальника отдела – начальник отделения по раскрытию разбойных нападений, грабежей, краж личного имущества оперативно-поискового отдела оперативно-розыскной части криминальной милиции по линии УР УВД Саратова Николай Александров, вместо обвинения в соучастии при получении взятки осужден за мелкое мошенничество и приговорен к реальному лишению свободы.
Охота на "оборотней"
События по задержанию двух милицейских начальников, подозреваемых в вымогательстве взятки за освобождение от уголовной ответственности, происходили летом этого года. Операция по задержанию "оборотней в погонах" проводилась оперативниками управления собственной безопасности областного ГУВД буквально в двухстах метрах от собственного здания.
Свидетелями обезвреживания "спецпреступников" стали десятки саратовцев, проходивших 19 июля в обеденное время мимо "Детского мира" на проспекте Кирова. Примерно в 14.00 к двум молодым мужчинам в гражданском, один из которых держал в руках черный пакет, внезапно подбежали несколько человек крепкого телосложения.
- Крепи его, держи! – крикнул один из парней, после чего мужчину, одетого в светлые брюки и белую рубашку, который нес пакет, схватили за руки. Другая группа мужчин цепко держала второго молодого  человека в спортивных штанах и голубой футболке. Именно так были задержаны Джарнази (многие называют его Джон, Джоник) Кварцхава и Николай Александров.
О поимке высокопоставленных сотрудников угрозыска за взяточничество было сообщено не только прессе, но и доложено одному из генералов МВД, находившемуся в то время в Саратове. Официальная версия обвинения Кварцхавы и Александрова, озвученная следственными органами, была довольно неприглядной. Накануне во Фрунзенский РОВД был доставлен по подозрению в грабеже молодой человек по фамилии Сахно. Он оказался "дальним-дальним родственником" Александрова. Последнего попросили помочь "вытащить" парня из переделки.
На следующий день, 19 июля, Николай Александров приехал во Фрунзенский отдел милиции и обратился к своему знакомому коллеге по работе Джонику Кварцхаве, который в тот момент исполнял обязанности начальника отдела уголовного розыска, с просьбой каким-нибудь способом добиться непривлечения к уголовной ответственности Сахно. Кварцхава якобы пообещал урегулировать этот вопрос, ссылаясь на свои связи, в том числе родственные, в руководстве Фрунзенского РОВД. Естественно, не безвозмездно – была озвучена сумма более 20 тысяч рублей.
Александров, выступая посредником, передал требования знакомому Сахно – Леониду Кравченко. Тот согласился, но поняв, что поступает незаконно, обратился с заявлением в УСБ ГУВД. Там его снабдили спецаппаратурой, деньгами и отправили на оперативно-розыскное мероприятие "оперативный эксперимент" для задержания "оборотней в погонах". Кравченко передал в черном пакете 26 тысяч рублей Александрову, а последний отдал его около "Детского мира" Кварцхаве. Так, по мнению следственных органов, выглядела криминальная цепочка взяточников из угрозыска.
При предъявлении обвинения Кварцхаве и Александрову старший следователь (тогда еще прокуратуры Фрунзенского района, а ныне – следственного отдела Фрунзенского района Саратова следственного комитета при прокуратуре) Марат Сейтгазов основывался как на показаниях свидетелей по делу (Кравченко, оперативников из УСБ, родственников Сахно) и материалах оперативно-розыскной деятельности (видео- и аудиозаписи разговоров Александрова и Кравченко), так и словах самого Николая Александрова, который не только написал явку с повинной и признал факт взяточничества, но и во время предварительного следствия оказывал содействие органам дознания. В отличие от Джона, который вину свою не признавал и показаний никаких не давал, воспользовавшись законным правом, предоставленным Конституцией.
Мифы следствия
Вот только в суде эта стройная версия государственного обвинения рассыпалась, как карточный домик. Основным виновником этого краха прокуратуры стал сам Александров, на чьих показаниях в основном и строилось обвинение. В конце судебного заседания он сообщил, что все, что он говорил на следствии – неправда и вымысел, что на самом деле ситуация была совершенно иная. Он действительно обращался к Кварцхаве, который сказал ему, что дело по Сахно находится уже не у него, а в следственном отделе, но он вроде бы слышал, что парня должны отпустить домой под подписку о невыезде. На всякий случай (вдруг появится какая-то новая информация по родственнику), да и вообще, для связи по работе) Александров обменялся номерами телефонов с Кварцхавой, сделав звонок с сотового телефона.
Зная, что Сахно должны выпустить, Николай Александров решил обмануть Леонида Кравченко, который просил "решить вопрос" и вообще "замять" дело по Сахно. Встретившись с Кравченко недалеко от Фрунзенского РОВД, он специально сказал Леониду, что может это сделать, так как хорошо знаком и с начальником криминальной милиции Игорем Гармашем, и с начальником угрозыска Кварцхавой; последний обещал помочь, но хочет за "услуги" денег. При этом он произвольно назвал сумму – "более 20 тысяч рублей", хотя на самом деле никакой договоренности с Кварцхавой об освобождении Сахно от ответственности у него не было. После того как Кравченко принес деньги, он намеревался взять их себе. Однако Леонид вдруг начал открыто заявлять, что он якобы не доверяет ему, Александрову, и предложил лично передать деньги по назначению.
Чтобы обман не раскрылся и попытка хищения денег не сорвалась, Александров был вынужден разыграть перед Кравченко "спектакль": он позвонил (как потом выяснилось, звонка не было) Игорю Гармашу и спросил, кому надо передать деньги, после чего позвонил Кварцхаве по телефону и предложил встретиться. Потом он заявил, что деньги Кварцхава возьмет только от него, а если он, Кравченко, хочет убедиться, то может идти рядом и смотреть, как будет происходить передача денег.
После этого они вместе пошли к "Детскому миру". По дороге Александров взял у Кравченко 26 тысяч рублей и положил их в черный пакет. На проспекте Кирова он сказал Леониду, чтобы тот шел в стороне, а сам подошел к Джону, поздоровался с ним и передал ему пакет, сказав, что скоро он его у него заберет, дескать, так надо. Однако в этот момент на них налетели оперативники УСБ и схватили и его, и Кварцхаву с пакетом с деньгами.
От всего происходящего, по словам Александрова, он был в полнейшем шоке. На него сразу же стали "давить" опера УСБ, предлагая сделку: он "дает показания на Кварцхаву", а взамен они договариваются со следователем и его отпускают под подписку о невыезде, потом он увольняется "по собственному", в конце следствия его вообще делают свидетелем, а в суд направляется дело только по Кварцхаве. Он, испугавшись и поддавшись на уговоры УСБшников, согласился и стал давать такие показания, которые от него требовались.
Однако Александрова, можно сказать, "кинули": до середины августа его продержали в следственном изоляторе, где даже несколько раз "случайно" сажали в "общие" камеры, а потом не только не сделали свидетелем, а наоборот, предъявили обвинение в пособничестве в получении взятки. Тогда Александров решил перестать "играть по чужим правилам" и в конце следствия отказался от предоставленных ему адвокатов и перестал давать показания. В суде он заявил, что оговорил Джона ("Чтобы выйти оттуда – все средства хороши!") и ему за это очень стыдно.
Джарнази Кварцхава в ответ на эти заявления тоже решил дать показания и сообщил судье, что он действительно ни в чем не виноват, ни о чем с Александровым не договаривался, считает все происходившее с ним – оговором Александрова и  провокацией со стороны сотрудников УСБ.
Неожиданный итог
Получив такой "удар под дых", государственный обвинитель (в суде лично присутствовал заместитель прокурора района Алексей Ваулин) предложил проверить Кварцхаву и Александрова на полиграфе ("детекторе лжи"). Но они отказались от эксперимента. Проведенная в последующем психолого-психиатрическая экспертиза показала, что Александров "может быть склонен ко лжи в значимых для него ситуациях", что и происходило с ним после задержания.
Исследованные в суде другие материалы вызвали у защитников обвиняемых только вопросы. Например, на видеозаписи (плохого, к слову, качества) видно, что Александров, стоя рядом с Кравченко, разговаривает с кем-то по телефону и говорит: "Игорь Михайлович, а кому вообще отдавать тогда? А он где? Ну, этот, как его, Джон, что ли?" Якобы это был разговор с начальником  криминальной милиции Фрунзенского РОВД Игорем Гармашем.
Адвокаты задали вопрос: почему следователь не обратил внимание, что в этом разговоре Александров не знает, кто такой Джон, хотя из обвинительного заключения следует, что они были знакомы, виделись до этого в отделе милиции и договорились о получении денег. Защитники засомневались и в показаниях Сахно и Кравченко.
Из всего услышанного суд сделал вывод, что вина Джарнази Кварцхавы в получении взятки ничем не доказана, поэтому он был оправдан и отпущен из-под стражи. А вот Николай Александров, наоборот, был взят под стражу, хотя суд и признал его виновным в преступлении небольшой тяжести – покушении на мошенничество, за которое обычно реального лишения свободы не назначают.
Алексей Ваулин таким приговором суда был не удовлетворен и сразу же после оглашения заявил корреспонденту "Репортера":
- Я категорически не согласен с приговором и однозначно буду его обжаловать в вышестоящую инстанцию. Никакого давления на Александрова не оказывалось, и на следствии, я считаю, он давал правдивые показания, на основании которых и было построено обвинение.
Иного мнения придерживается Елена Левина, адвокат оправданного Джарнази Кварцхавы:
- В той ситуации у следственных органов вообще не было возможности предъявления Кварцхаве обвинения во взяточничестве. Нельзя было строить обвинение только на показаниях одного Александрова, всегда нужно собирать совокупность доказательств, чтобы дело вот так не развалилось. Приговор я считаю справедливым и мотивированным.
Сам оправданный Джоник Кварцхава заявил, что он надеялся на торжество справедливости и доказал всем, что ни в чем виновен не был. Правда, Кварцхава не ответил на вопрос, хочет ли он после этого и дальше работать в милиции.
Что означает это решение суда (если оно вступит в законную силу)? Во-первых, можно говорить о том, что слова Александрова об оказываемом на него давлении сотрудниками УСБ все-таки правда. Если с их стороны были какие-то провокационные действия (о чем говорится в приговоре суда), то прокуратуре необходимо провести по этому факту тщательную проверку и наказать виновных.
Во-вторых, и что самое главное, нельзя марать всех "ментов", что они взяточники и коррупционеры. Да, кто-то из них стал "оборотнем в погонах", но большинство эти погоны заслужили честно.  ***


 
Назад к содержимому | Назад к главному меню