Поиск по сайту
Перейти к контенту

Главное меню:

Воровской поэт грабил артистов



Алексей Тарабрин
Воровской поэт грабил артистов
// "Аргументы и факты" – "Разбор". 1999, январь. № 1, с. 3.
Рубрика: Авторитеты преступного мира
* Подготовлено к печати: 26 января 2016 г. http://криминальныйсаратов.рф. Вячеслав Борисов.
Из документов МВД СССР:
"Никифоров Виктор Юльевич, "вор в законе" по кличке "Калина", 1964 г. рождения, москвич. По данным источника – внебрачный или приемный сын "вора в законе" Япончика (В. Иваньков). Имеет незаконченное высшее гуманитарное образование, пишет стихи. Вхож в московские культурные круги и лично знаком с популярными писателями, композиторами, певцами. Обладает обширными связями в уголовной среде. Эрудирован, находчив, дерзок… Постоянные подельщики – Балда, Коля Батумский, Гога Тбилисский, Дато, Эмиль…"
*
Последний, Эмиль, сын известного грузинского поэта. Отбывал наказание в 15 лет за убийство. Выйдя на свободу, примкнул к группировке Калины. Именно он  был наводчиком при ограблении известного композитора и, кстати, друга его же отца Арно Бабаджаняна. Когда проникли в квартиру, считавшуюся, по расчетам, пустой, там в одной из комнат спала женщина. Прикрыв дверь, ее караулил воровской поэт Калина. Остальные упаковывали ценное в заранее припасенные и прихваченные с собой мешки.
Готов на любые действия
Виктор Никифоров в молодости был горяч и вспыльчив. Из-за этого получил и свой первый срок. Это случилось в 1982 г. Виктору как раз подошло время служить срочную: два года в армии или три – на флоте. Вместо этого он отправился в колонию на пять лет. Его осудили сразу по двум статьям: "хулиганка" и причинение тяжких телесных повреждений. По-простому – драка. Конечно, это были далеко не воровские статьи. Зато за ними явственно просматривался характер будущего авторитета и "законника".
Срок Никифоров отбывал в колонии строгого режима в Башкирии. Из-за вызывающего поведения часто пребывал в одиночном изоляторе. Был зачинщиком драки, в которой заключенного забили насмерть. Пострадал и сам. В драке ему откусили половину левого уха. Срок он отбыл от звонка до звонка. Администрацией колонии характеризовался как дерзкий, вспыльчивый, готовый на любые действия.
В январе 1987 г. Никифоров вернулся в Москву. Вот только на свободе он погулял недолго. В июне этого же года снова был арестован и опять за нанесение тяжких телесных повреждений, к которым добавилось ношение холодного оружия. Снова все случилось во время драки, в ходе которой он и порезал финкой своего противника. Только на этот раз это было уже не простое выяснение отношений: кто сильнее – тот и прав, а кто с ножичком тот вдвойне прав. Это была самая настоящая бандитская разборка. А произошла она у гостиницы.
В столичном отеле "Спартак" в администрации у Калины был свой человек. Через него подбирались подходящие клиенты, состоятельные жертвы. У них похищались ключи, выяснялся адрес. Сделать это было несложно, ведь все данные постояльца занесены в книгу регистрации.
С похищенных ключей изготовлялись дубликаты. Иногда жертва вдруг просто обнаруживала, что домашние ключи потеряны. Но беспокойства обычно не проявляла, ведь жилье находится в другом городе. Зачем так сразу и паниковать? Потом, работу не бросишь. Однако, когда такой командированный возвращался домой, его квартира оказывалась качественно обчищенной. Воры работали в соответствии с рангом и барахло не брали. Только ценности, деньги, дорогие и пользующиеся повышенным спросом предметы обихода и вещи. На мелочи Калина и его товарищи не разменивались.
Криминальный спектакль
Иногда в роли наводчицы выступала его мать Каля Михайловна Никифорова. Тогда работали, можно сказать, семейным подрядом. Одну такую операцию провернули со знакомой челночницей. Да все обстряпали так ловко, что бедная женщина самим же ворам и сообщила первым о своем горе. Это был исключительный спектакль.
- Представляешь, все вынесли, что нажила, - жаловалась Кале по телефону знакомая. – Ну шубы – ладно, они в шкафу висели. А видик второй я же спрятала. И деньги не на видном месте лежали, не говоря о золоте…
- Значит, кто-то навел. Подозреваешь кого-нибудь?
- Ой, что ты, Калечка…
- Ну, мало ли к тебе подруг заходит.
- Но я же и дома-то недолго отсутствовала. Ну, сколько мы у тебя фильм по видику смотрели?
- В милицию заявляла?
- Да. Им позвонила, а потом сразу тебе. Жду, вот-вот придут…
- Дура! На тебя же и заведут дело – за нетрудовые доходы. Как миленькая загремишь за спекуляцию и будешь тащить срок, как я когда-то…
Лицемерка? Нет, профессионалка. Все украденные вещи как раз только принесли Калина и Балда. Операция и в самом деле заняла не более двух часов. Теперь осталось лишь обрубить концы. Преуспевающая подруга давно была словно бельмо в Калином глазу. Обычной по тем временам спекулянткой, а по нынешним – челночницей. Она даже вышла замуж за поляка, чтобы было сподручнее мотаться за шмотками за границу. Ломовая лошадка запрещенного тогда бизнеса, она постоянно курсировала между Варшавой и Москвой.
- Когда придут, скажи, что вещи нашлись… ошиблась… - властно поучала подругу Каля. – За это срок не дадут. Поругают. Постращают и все. Как только ума хватило, чтобы милицию вызывать? Ну, подруга, и дура ты – такие подарки ментам делать. Сама с повинной… За такое, конечно, скостят годик-другой, но на нарах все одно попаришься.
- Ой, Калечка, спасибо, что надоумила. Все сделаю, как же я сама-то не сообразила…
В это время оперативники, прослушивавшие этот разговор, кусали локти. Буквально на глазах распускалась и ускользала из рук нить, потянув за которую можно было нейтрализовать Никифорову и ее сыночка от более серьезного преступления. Именно из-за сигнала о нем ее телефон прослушивался. Но как доказать, как задокументировать скрытые намерения? Пусть не на главном, так на чем-то еще подловить. На все складывалось так, что в этот раз письменного заявления потерпевшей не будет. Значит, крутить хитрую и предусмотрительную фигурантку не с чего. Не преступать же самим закон.
Родная "крестная" мать
По слухам, титул "вора в законе" Калине был куплен родной матерью. Для этого она специально выезжала с ним на Кавказ, где имела крепкие связи в соответствующих кругах. Там, на сходке местных "трефовых законников", все и разрешилось.
Вообще-то колоритная фигура этой женщины заслуживает более детального знакомства. Она была уникальна во многом. Могла действовать сразу на два, три фронта. Чего стоит только ее последний поединок сразу с двумя спецслужбами – КГБ и МВД? В архивах этих ведомств сохранился любопытный документ о разработке организованной преступной группы, возглавляемой этой женщиной.
*
Из оперативной информации КГБ СССР:
"Большая группа преступников, "воров в законе", мошенников и прочих планирует в ближайшее время совершить захват и угон самолета из аэропорта г. Ленинакана для того, чтобы осуществить перелет за границу. Возможен вывоз большого количества изделий из драгметаллов, антиквариата, других ценностей. Ведущая роль принадлежит Кале Никифоровой, заведующей пивбаром на Колхозной площади, и ее мужу Рубену Саркисяну, "вору в законе" по кличке "Рубик-профессор"…"
(Москва, декабрь 1986 г.)
*
Познакомимся с ними ближе. Ключевой фигурой здесь можно выделить именно Калю Михайловну Никифорову, женщину лет сорока пяти. Она была своего рода "крестной" матерью упомянутого в оперативке преступного сообщества: через нее шел сбыт краденого, осуществлялось как общее руководство в стратегических планах, так и наводка на цель в отдельных воровских операциях.
Каля Михайловна в памяти встречавшихся с ней оперативников осталась тучной, но достаточно подвижной и даже активной женщиной, пытавшейся казаться приятной и доброжелательной. Только под этой маской невинной на первый взгляд овечки скрывалась матерая волчица. Ее деловая хватка поражала многих. Она находила применение себе буквально везде. Казалось, не было в криминальном мире чего-то такого, о чем эта женщина не знала, в чем так или иначе не участвовала. Ей прекрасно удавались аферы завзятого мошенника и квартирные грабежи домушника, организация подпольного производства продукции повышенного спроса и подкуп чинуш самого разного ранга.
При этом подобраться к Никифоровой, а тем более уличить ее в чем-то криминальном было довольно сложно. Она уже имела своего адвоката, престижного и проверенного в деле, своих людей в правоохранительных органах. Так, через купленного человека в Киевском нарсуде столицы она могла влиять на те судьбы, в которых была заинтересована. Через него отмазала от тюрьмы и Виктора после совершенного им очередного преступления.
Но подобный образ жизни – на лезвии ножа – не мог продолжаться бесконечно. Срыв не заставил себя долго ждать. В начале 1988 г. Калины Никифоровой не стало. Врачебное заключение по поводу смерти обосновывалось на сердечной недостаточности. Выходит, даже мощное здоровье сильной и волевой женщины оказалось не в состоянии выдержать того напряженного ритма, который она постоянно задавала себе.
*
Из оперативной информации в КГБ СССР:
"Намерения преступной группы из восьми основных членов (список прилагается) захватить в аэропорту г. Ленинакана воздушное судно с целью угона за границу пресечены. Три члена группы привлечены к уголовной ответственности за попытку сбыта платины, один арестован за подделку документов… "Вор в законе" Калина за нанесение телесных повреждений взят под стражу. Заведенное по фактам хищения на Чеховской обувной фабрике уголовное дело на Никифорову К.М. прекращено в связи со смертью. Она умерла в феврале 1988 г. в Москве. Похоронена в Ереване на Центральном кладбище. Из Москвы тело доставили самолетом Профессор, Кропоткинский Лева, Тайванчик. На похоронах присутствовали Багдасаров из Баку, Гога из Тбилиси, Рафик-сво…"
(Москва, февраль 1988 г.)
*
Воровская вендетта
Наследство "крестной" и родной матери, а также свои личные накопления позволили Калине с началом перестройки хорошо развернуться. В Москве он владел целой сетью ресторанов. Сам был учредителем кафе "Аист". В Петербурге имел вместе с Малышевым интересы в казино гостиницы "Пулковская", в Сочи контролировал пляж "Маяк", в целом по России стриг хорошие купоны с акционерного общества "Русский мех". Начальник отдела Главного управления по борьбе с организованной преступностью полковник милиции Вячеслав Разинкин, занимавшийся в то время разработкой преступных авторитетов, в справке информационно-аналитического характера отзывался о Викторе Никифорове так.
*
По мнению компетентного специалиста:
"Вор в законе" Японец (Вячеслав Иваньков) был последним "авторитетом" всея Москвы". После его отбытия в США в столице начались бесконечные междуусобицы среди многочисленных преступных групп. В уголовной среде Японца считают приемным или крестным отцом Вити-Калины, а его досрочное освобождение из тюрьмы в 1992 г. отчасти связывали с тем, что он стремился на свободу, чтобы отомстить.
Витю-Калину признанно называли и называют самым ярким представителем "новой волны". Внешне он походил на эстрадного певца Сергея Крылова, такой же полный, улыбчивый и немного смешной. Калина бесконечно нарушал воровские заповеди, но авторитета при этом не терял. Он жил в роскоши, не чурался коммерции и весьма скептически относился к соблюдению традиционных правил поведения "воров в законе".
*
Еще тогда, в 1987 году, на вопрос следователя: зачем носил с собой нож? – Витя-Калина ответил, что для убийства "вора", который однажды якобы уже пытался его убить. Но он вовремя заметил опасность, чем и спас свою жизнь. Теперь Калина и носит с собой финку для обеспечения собственной безопасности. Ведь враг его прилюдно обещал, что все равно его убьет. "Или – я, или – он" – так подытожил тот разговор со следователем Калина.
Зимой 1988 г. Никифоров был освобожден прямо из зала суда. Уголовное дело направили на доследование. Потом следователь, исполнявший его, был отстранен от дальнейшего доследования. В итоге дело в конце концов оказалось прекращенным. Это сработал механизм той машины, что была запущена на полную мощь еще рукой всесильной матери, но вот самой ее уже не было.
Оказавшись без родительского попечения, Калина погорел на том, чем грешил с самого начала. Весной 1991 г. он был задержан по подозрению в убийстве. Сгоряча он убил ножом Мансура Шелковникова, тоже не последнего человека в уголовном зазеркалье. Его арестовали. Судьба предоставляла ему шанс, давала отсрочку. Он ею не воспользовался. Опять задействовал уже сам те невидимые рычаги, что остались как наследство от "крестной" и родной матери. Довольно скоро он оказался на свободе (формулировка – следствие не нашло убедительных доказательств его виновности). Но свободой воровской поэт наслаждался недолго.
*
Из документов МВД СССР:
"14 января 1992 г. в 17.30 при возвращении домой около подъезда дома 33 по Енисейской улице неизвестными преступниками выстрелом в упор из револьвера "Наган" Никифоров В.Ю. был застрелен. Уголовное дело было возбуждено прокуратурой Бабушкинского района. Проведенными оперативно-розыскными действиями и следственными мероприятиями преступники задержаны не были. Преступление не раскрыто".
***


 
Назад к содержимому | Назад к главному меню