Поиск по сайту
Перейти к контенту

Главное меню:

Саратовская Семья (часть 3)

Авторы - статьи > Крутов Александр
Александр Крутов
Саратовская Семья
 
// Богатей. 2000, январь. № 1 (65), с. 2.
Рубрика: Расследование
(Продолжение. Начало см. в №№ 18-19 за 1999 год.)
* Подготовлено к печати: 12 октября 2014 г. Вячеслав Борисов.
 
Чекисты: между бизнесом и политикой
Если верить официальной биографии Михаила Яковлева, его пути с Россошанским пересеклись в 1994 году. Именно с этого времени Михаил Павлович работал директором ЧИП "Агентство Андрей", заместителем председателя правления Ассоциации журналистов Саратовской области "КЭЧ-информ" и директором саратовского регионального общественного учреждения "Народный дом". Несмотря на всю несхожесть названий и задач трех вышеперечисленных организаций, организационно-генетически они были весьма тесно связаны между собой. Так, "Агентство Андрей" являлось учредителем газеты "Новый стиль". Из журналистов этой газеты был в основном рекрутирован и состав ассоциации "КЭЧ-информ". В то же время "Новый стиль", как явствовало из выходных данных этой газеты, являлся официальным органом ассоциации "КЭЧ-информ". И именно "КЭЧ-информ" явилась одним из соучредителей Саратовского регионального общественного учреждения "Народный дом".
В числе основных целей и задач этого учреждения значилось "оказание содействия при подготовке избирательных кампаний Президента РФ, в органы Государственной власти РФ и органы местного самоуправления". Таким образом, "Народные дома", созданные весной 1996 года в большинстве регионов России, стали основными распределителями крупных финансовых потоков, идущих на президентскую избирательную кампанию. А Михаил Павлович Яковлев, как уже было сказано выше, стал директором саратовского "Народного дома". Таким образом, к весне 1996 года усилиями Андрея Россошанского сложился своеобразный консорциум из учреждений и организаций, служащих лишь одной цели – превращению финансовых средств в энергию политической рекламы. Располагалось все это мудреное хозяйство в одном месте – втором этаже бывшей гостиницы "Европа" и охранялось бойцами бюро охраны "Гранит", созданного членами Союза социально-правовой защиты ветеранов госбезопасности "Витязь". Следует отметить, что ни до, ни после "Нового стиля" в Саратове не существовало редакций, доступ в которые был столь жестко лимитирован самими учредителями. Ну, а с началом активного развертывания президентской избирательной кампании, перманентно переросшей в Саратове в губернаторскую, в той же "Европе" размещались избирательные штабы различного уровня. Но вот что любопытно: если областной избирательный штаб Ельцина с соответствующей приемной размещался на 3 этаже "Европы", и вся попадающая в него информация затем активно использовалась на страницах "Нового стиля", то губернатор Аяцков доверил структурам Россошанского лишь один из своих районных штабов. Думаю, весьма любопытно будет разобраться, как же функционировал "консорциум Россошанского", и что в итоге поимели входящие в него организации и люди?
Газета "Новый стиль" просуществовала до весны 1997 года. Причем пока этот еженедельник получал солидные финансовые влияния извне, он имел весьма оригинальную схему распространения: часть тиража бесплатно разносилась по квартирам саратовцев, а часть поступала в розничную продажу по линии "Роспечати". Согласитесь, что при такой системе любой контролирующей организации весьма сложно проследить реальные доходы и убытки такой газеты. При всем этом в периоды думской избирательной кампании 1995 года (в которой, напомним, Россошанский участвовал как кандидат-одномандатник от "НДР"), а также президентской и губернаторской кампаний 1996 года "Новый стиль" выступал как один из активнейших агитаторов за кандидатов от партии власти.
Что же касается содержательной стороны дела, то еще летом 1994 года Россошанский провел собрание с журналистами руководимой им газеты, на котором обозначил круг рекомендуемых к освещению тем. Так, Андрей Владимирович порекомендовал подчиненным вернуться к пропаганде положительного опыта канувших в Лету студенческих оперативных и строительных отрядов. В качестве же примера публикаций, на тематику которых отныне в "Новом стиле" накладывается табу, были приведены критические статьи Александра Свешникова о пропускном режиме в администрации области и о выселении Кировского райсуда из здания, ныне занимаемого облдумой.
Весной 1997 года, когда финансовое положение двух саратовских газет – "Нового стиля" и "Зари молодежи" – стало просто угрожающим, в недрах министерства по делам молодежи, спорту и туризму, возглавляемого Россошанским, родился пространный документ под названием "Предложение по созданию газеты на основе концепции взаимодействия со структурами Правительства Саратовской области". Типаж нового издания был определен как "своя домашняя" или "семейная" газета. Спрашивается, зачем понадобилось Россошанскому в условиях, когда в Саратове загибались (и загнулись-таки) две газеты, завоевавшие определенную нишу на местном информационном поле, вдруг выступать с новой дорогостоящей инициативой? Ведь если верить смете, приложенной к обсуждаемому проекту, то годовые расходы государственных средств на "семейную" газету в зависимости от тиража варьировались в пределах от 960 до 1512 миллионов рублей. Из этих сумм немалые средства предполагалось потратить на оплату аренды техники. При этом, как следует из текста проекта, "на первом этапе функционирования газеты оборудование может быть арендовано у Ассоциации журналистов Саратовской области "КЭЧ-информ"… По возможности – оборудование приобретается". Согласитесь, что предложенный механизм перекачки государственных средств на счета общественной организации не является столь уж оригинальным. Другое дело, что в 1997 году этому проекту не суждено было стать реальностью.
Не дожила до наших дней и Ассоциация журналистов "КЭЧ-информ", самоликвидировавшаяся в июне 1997 года. Единственная структура из созданных при участии Россошанского, благополучно дотянувшая до нашего времени – это саратовское учреждение "Народный дом". Причин подобной живучести, на мой взгляд, объясняется теснейшей кооперацией "Народного дома" с различными правительственными структурами даже тогда, когда бури основных избирательных кампаний миновали и пришла пора политического штиля. Как подтверждение тому в моем архиве хранится буклет, выпущенный по заказу областного министерства по делам молодежи, спорту и туризму к фестивалю элегантности и красоты "Мисс Саратовская губерния", проводившемуся в дни празднования так называемого "200-летия Саратовской губернии". Как явствует из текста этого буклета, "вся рекламная продукция изготовлена и оформлена в Саратовском региональном общественном учреждении "Народный дом". Сейчас уже трудно установить, какой смысл вкладывался в понятие "вся": то ли "вся" к данному фестивалю, то ли "вся" вообще ко всему празднику "200-летия". Но обращает на себя внимание еще одна немаловажная деталь: номер факса и адрес электронной почты как областного молодежного министерства, так и саратовского "Народного дома" абсолютно идентичны. По-видимому, здесь мы опять имеем дело с фактом "аренды" наподобие того, что предлагался при создании семейной газеты.
Последняя попытка Андрея Россошанского вернуться в газетный бизнес датируется летом нынешнего года, когда наш герой пребывал на посту руководителя комитета по общественным отношениям. При этом прослеживалось как минимум два чётких вектора по приложению административных усилий. Первый был направлен на то, чтобы "свалить" Татьяну Артемову и лишить "Саратовские вести" статуса монопольного органа областного правительства. Избранные при этом методы давления были достаточно разнообразны: начиная с просьбы к областному министерству собственности и банкротства проверить правомерность приватизации "Саратовских вестей", и кончая организацией коллективного письма, подписанного "участниками областного семинара-совещания заместителей глав муниципальных образований по анализу, информации и общественным отношениям". Текст данного письма с просьбой о публикации поступил в ряд редакций саратовских газет, причём иногда даже сопровождался письменной "сопроводиловкой" от руководителя губернаторского аппарата, полковника Александра Каткова. Последнее обстоятельство, на мой взгляд, говорило за то, что дискредитация и возможное отстранение Артемовой с редакторского поста является не столько личной инициативой Россошанского, сколько политической стратегией клана чекистов внутри саратовской Семьи, направленной на овладение ведущей газетой области. А в качестве подстраховочного варианта разрабатывались проекты по созданию в области альтернативной правительственной газеты. Наиболее известным среди них являлся проект возрождения "Саратовских губернских ведомостей". Как известно, после публикаций об этой газетной "инициативе" комитет по общественным отношениям прекратил своё существование, а Андрей Россошанский временно остался не у дел. По-видимому, в Семье справедливо посчитали означенный проект не очень удачной попыткой облегчить государственную казну.
Впрочем, период вынужденного простоя продолжался недолго – 2 октября Андрей Россошанский стал первым заместителем секретаря областного Совбеза в ранге министра. И именно с его приходом на эту должность многие высокопоставленные лица связывают начало регулярного выхода незарегистрированной газеты "Саратовский репортёр" – явного лидера в местном информационном пространстве по части распространения политической дезинформации. Лично я слышал такое мнение из уст вице-губернатора Сергея Наумова 16 декабря прошедшего года. Примечательно, что моя беседа с вице-губернатором, проходившая в вестибюле издательства "Слово", состоялась как раз после того, как господин Наумов принудил заместителя редактора "Саратовских вестей" Александра Шамова перепечатать в очередном номере правительственной газеты весьма сомнительную статью из "Саратовского репортёра", в которой кандидат в депутаты Госдумы Вячеслав Мальцев обвинялся в целой куче криминальных деяний. Так что, обозначая Андрея Россошанского в качестве теневого издателя "Саратовского репортёра", Сергей Юрьевич знал, что говорил. Тем не менее деятельность Андрея Россошанского за последние два-три месяца заставляет сильно усомниться в словах вице-губернатора Наумова.
Что же касается новой должности первого заместителя областного Совбеза, то в контексте некоторых "внутрисемейных" политических устремлений последнего времени этот пост был чреват многими неприятными неожиданностями. Дело в том, что значительное число общественных и коммерческих структур, весьма близких к Россошанскому (типа саратовского отделения "Народного дома" или фирмы "Ванька-встанька") располагались в гостинице "Европа". В основе такой компактной и выгодной дислокации скорее всего были неформально-дружеские отношения Россошанского с Эллой Конновой – дочерью тогдашней директрисы АО "Астория" Раисы Марчик. Впоследствии Элла Коннова вышла замуж за офицера госбезопасности  Александра Бурдавицына и ныне сама является генеральным директором гостиничного комплекса "Астория". А её супруг имеет звание полковника ФСБ и является и.о. зам. начальника УФСБ по Саратовской области. Так что клеветническая кампания, развёрнутая против Александра Бурдавицына на страницах незарегистрированной малотиражки "Саратовский репортёр", с большой вероятностью могла бы негативно сказаться на благополучии упомянутых выше организаций. Если бы Александру Васильевичу либо его супруге довелось бы, подобно мне, услышать из высокопоставленных уст о причастности Андрея Россошанского к изданию "Саратовского репортёра", вряд ли бы это способствовало укреплению былых дружеских отношений.
С другой стороны, весьма показательным представляются перехват контроля над "Саратовским репортёром" Сергеем Наумовым и вся скандальная история с перепечаткой "Саратовскими вестями" лживой статьи Николая Ленина "Вооружён и очень безопасен?". До сей поры "Саратовский репортёр" вёл весьма грубую кампанию по дискредитации мэра Саратова Юрия Аксененко. По-видимому, прежние "кураторы" газеты видели в достаточно пассивном мэре (вот уж где тонкость и глубина политического прогноза) наиболее вероятного и сильного претендента на губернаторский пост. Теперь же эта малотиражка с большей долей вероятности может сменить политическую ориентацию и найти новый объект для своих атак.
 
Клан Мальковых
Явным лидером той ветви саратовской Семьи, которую я весьма условно обозначил как "клан Мальковых", является вице-губернатор Александр Мирошин. В Саратове до сих пор остаётся загадкой, каким образом малоизвестный бизнесмен средней руки, никогда до этого не работавший в правоохранительных органах, сумел в ноябре 1997 года занять пост секретаря Совета безопасности Саратовской области, а в январе 1999 года стать ещё и вице-губернатором. Столь головокружительной карьерой, пожалуй, не может похвастать ни один из чиновников областного правительства, годами просиживавших штаны на государственной службе. Что же лежало в основе такого успеха Александра Константиновича? Для ответа на этот вопрос стоит взглянуть на биографию Мирошина.
Досаратовское прошлое нашего героя туманно, а разные источники содержат противоречивые сведения даже в отношении основных анкетных данных вице-губернатора. Так, в правительственной газете "Саратовские вести" за 1 февраля 1999 г. можно прочесть, что Александр Мирошин родился 17 марта 1964 г. в городе Мончегорске Мурманской области. А вот в справочнике "Лица России", вышедшем в составе двухтомника "Современная политическая история России" в Москве в 1999 году, утверждается, что местом рождения господина Мирошина является город Ашхабад Туркменской ССр. Не все ясно и с первыми годами трудовой биографии секретаря саратовского Совбеза. В уже упомянутом номере "СВ" утверждается, что Александр Мирошин "учился в СПТУ, получил специальность слесаря. Работал на Мончегорском металлургическом комбинате "Североникель". А вот в листовке самого Александра Константиновича, сохраненной в моем архиве со времен избирательной кампании 1995 года, утверждается: "В 1981 году окончил школу, после чего работал крановщиком на комбинате "Североникель". Наверное, при известной деле фантазии можно предположить, что слесарь мог переквалифицироваться в крановщика. Но, насколько я знаком с советской системой образования, одновременно среднюю школу и СПТУ один и тот же человек в те годы, как правило, не оканчивал.
Начало саратовского периода в жизни Александра Мирошина восходит к 1985 году, когда, вернувшись после службы на флоте, будущий вице-губернатор поступил учиться на следственно-криминалистический факультет Саратовского юридического института. В биографии Александра Мирошина, опубликованной в справочнике "Лица России", указано, что он "окончил Саратовский юридический институт по специальности "следователь-криминалист" в 1989 г.". Это неправда. В 1989 году Александр Константинович никак не мог окончить СЮИ, поскольку еще с 1 июня 1988  года студент Мирошин был отчислен из института "за нарушение правил социалистического общежития" (приказ № К-3/71 от 10.06.88 г.). Что же скрывается за этой формулировкой?
До недавнего времени в личном деле студента Мирошина находилось несколько весьма любопытных документов, красноречиво характеризующих бурные студенческие годы нынешнего вице-губернатора. Возможно, первое в своей жизни милицейское задержание Александр Константинович пережил, обучаясь на втором курсе. Об обстоятельствах этого инцидента рассказывалось в письме зам. начальника ЛОВД в аэропорту "Пулково" М. Исакова, отправленном 15 декабря  1986 года ректору Саратовского юридического института: "30.11.86 г. в аэропорту "Пулково" г. Ленинграда был задержан студент 2 курса Мирошин Александр Константинович, 1964 года рождения, который, имея освобождение от посещения занятий в институте по болезни, приехал в г. Ленинград для скупки вещей иностранного производства для себя и своих друзей. За период с 27 по 30 ноября 1986 г. гр-н Мирошин скупил у неизвестных лиц в различных местах г. Ленинграда носильные вещи иностранного производства по спекулятивным ценам…"
Возможно, с того далекого 1986 года Александр Константинович и приобрел вкус к подобному общению с сотрудниками милиции. Саратовская журналистка Елена Столярова, известная еще с 1995 года своими проникновенными описаниями всех достойных внимания дел Александра Константиновича, так рассказала об этом в "Саратовских вестях": "он вообще любит сидеть в засаде и устраивать ночные рейды, в которых попадает в в подобные ситуации. Заворачивает лацкан пиджака, чтобы не было видно значка члена правительства, и прикидывается "валенком". Постоял однажды в милиции в позе "руки к стене". Зато узнал много нового или, если хотите, нашел очередное подтверждение старому. Считает, что это полезно".
Что же касается истинных причин отчисления Александра Мирошина и двух его соседей по комнате из СЮИ в июне 1988 г., то, как следует из представления на отчисление, подписанного тогдашним деканом факультета Борисом Семенеко, на столь крутые меры администрацию вуза вынудило неоднократное жестокое избиение отчисленными студента Лозового, проживавшего в том же общежитии. События, предшествовавшие избиению, в чем-то походили на странный симбиоз из уголовного триллера перестроечных времен и банального скандала на коммунальной кухне. В результате служебного расследования, проведенного деканом, удалось выяснить, что незадолго до этого Мирошин продал Лозовому импортный костюм. Однако вскоре покупатель обнаружил, что его новое приобретение имеет отечественное происхождение. Лозовой незамедлительно вернул костюм Мирошину и потребовал назад свои деньги. Однако с возвратом денег вышла заминка. И тогда Лозовой тайно забрался в мирошинскую комнату, где стащил у своего обидчика несколько видеокассет и спрятал их в женской душевой. Однако будущий вице-губернатор с двумя друзьями быстро вычислили злоумышленника и начали вышибать у него признание. Для Лозового это самочинное дознание закончилось "скорой".
Не все ясно относительно карьеры Александра Мирошина после отчисления его из института. Источники разных лет дают крайне противоречивую информацию. Например, в "СВ" за 1.02.99 г. утверждалось, что Мирошин "был завотделом Кировского РК ВЛКСМ", в предвыборной листовке образца 1995 г. – что "с 1989 г. генеральный директор фирмы "Миком". А вот уже в не раз цитированном нами справочнике "Лица России" утверждается, что нынешний вице-губернатор и секретарь областного Совбеза Мирошин в "1989-1990 – директор молодежного инициативного фонда Кировского райкома ВЛКСМ г. Саратова; в 1990 г. учредил и возглавил фирму "Миком" (оборудование кабельного телевидения). И хотя в Саратове до сих пор отсутствует кабельное телевидение в западном понимании", тем не менее данные столичного справочника наиболее близки к истине.
В конце 80-х годов, когда комсомол начал заниматься бизнесом и стал давать свою "крышу" многим начинающим бизнесменам, при Кировском райкоме ВЛКСМ возник так называемый молодежный инициативный фонд (или сокращенно "МИФ"). Первоначально "МИФ" специализировался в области, называемой ныне шоу-бизнесом. А точнее, занимался организацией платных дискотек и гастролей модных в ту пору групп и исполнителей. Однако через какое-то время отношения между комсомольским начальством и шоу-бизнесменами из "МИФа" стали натянутыми из-за того, что "МИФовцы" перестали отстегивать на нужды райкома финансовые средства, получаемые от своей деятельности. Вот тогда-то у "МИФа" появился новый директор, который переориентировал молодежный фонд на иной вид бизнеса – поставку в Саратов редких тогда еще в Советском Союзе персональных компьютеров. В отличие от крупных и богатых государственных организаций, на которые советское финансовое законодательство тех лет накладывало жесткие ограничения по обналичиванию финансовых средств, комсомольско-коммерческие структуры в этом плане находились в привилегированных условиях. А поскольку цены на компьютеры, отпускаемые за наличный и безналичный расчет, различались весьма значительно, подобный вид деятельности сулил комсомольским коммерсантам неплохие барыши. Нам лишь осталось уточнить, что новым директором "МИФа" стал Александр Мирошин. По-видимому, первоначальный капитал, нажитый в "МИФе", и стал той финансовой основой, с которой начала свое существование целая череда фирм, в названии которых присутствовало слово "Миком".
Очевидно, что для столь быстрого и успешного развёртывания коммерческой деятельности студенческого фарцовочного опыта и нажитых на комсомольской ниве капиталов было явно недостаточно. Начинающий бизнесмен должен был иметь своего рода путеводную звезду, на которую он бы мог ориентироваться при вхождении в мир бизнеса и установлении полезных деловых связей. В конце студенческой карьеры Александр Мирошин расстался со своей первой супругой – ударником популярной в ту пору женской рок-группы "Комбинация" Юлией К., познакомившись, а затем женившись на лаборантке одной из кафедр СЮИ Ирине Мальковой. Именно жена Ирина и стала для Александра Мирошина той судьбоносной путеводной звездой на пути в успешный бизнес. Дело в том, что родители Ирины Мальковой (в замужестве Мирошиной) были торговыми работниками с многолетним стажем. Папа Ирины в советское время дослужился до должности директора вагона-ресторана, а мама (т.е. тёща Мирошина) Людмила Алексеевна Малькова одно время была даже директором Кировского универмага Саратова. Правда, нельзя сказать, чтобы торговая карьера родителей Мальковых всегда была безоблачной и развивалась по восходящей. Были в ней и взлёты, и падения, были и неоднократные перемены места работы. Одно из наиболее значимых произошло в 1985 году, когда к руководству Кировским универмагом пришёл Борис Львович Кац. Несмотря на проблемы, доставшиеся Кацу в Кировском универмаге, он и годы спустя не прервал контактов с семьёй Мальковых и содействовал осуществлению ряда крупных сделок с участием "Микома".
Коммерческая деятельность Александра Мирошина в интерпретации "СВ" выглядела так: "Говорили, что обойти Мирошина в бизнесе более чем трудно. Может, поэтому так стремителен его рост на государственной ниве". Сказано достаточно громко, но вряд ли с этим можно согласиться. Выше уже было сказано, что в Саратове в первой половине 90-х годов существовала целая плеяда фирм с названием "Миком". Наиболее известными среди них являются: ТОО "Миком", ООО "Миком", "Миком-ЛТД", "Миком-ОДО", ХКНПП "Миком", туристическое агентство "Миком". Спектр коммерческих усилий упомянутых выше фирм был настолько широк, что о какой-либо специализации говорить не приходится. Фирмы Мирошина занимались торговлей компьютерами, оргтехникой, женской импортной одеждой, детским питанием, туристическими путевками и многим другим. Вряд ли при таком широком спектре интересов возможно достичь лидирующего положения хоть в одной из областей торговли. Более того, некоторые из упомянутых выше "Микомов" закрывались еще при Мирошине. В ряде других продолжается хозяйственная деятельность, и в них весьма заметно руководящее влияние Ирины Мирошиной. Последняя является официальным руководителем туристического агентства "Миком". Хотя и те "Микомы", что остались на Первомайской 154, не обходятся без ее опеки.
Первую заметную попытку выйти на областную политическую сцену Александр Мирошин предпринял осенью 1995 года, когда разворачивалась избирательная кампания во вторую государственную Думу. Эту попытку Александра Константиновича уйти из бизнеса в политику лично я связываю с рядом коммерческих неудач, постигших хозрасчетное коммерческое научно-производственное предприятие "Миком" как раз в 1995 году. Во-первых, на основе постановления Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.02.95 г. был выдан поворотный приказ на возврат объединению "Росвнешторг" (г. Москва) с расчетного счета ХКНПП (г. Саратов) суммы в размере 152 миллиона рублей. Суть данной тяжбы – компенсация убытков от поставки некомплектных и недоброкачественных компьютеров с принтерами.
Во-вторых, к маю у ХКНПП "Миком" 1995 года возникли крупные проблемы с возвратом средств в размере 22,5 тысяч долларов США. Еще в сентябре 1993 г. это предприятие получило крупную партию трикотажных изделий из Дании. Эта сделка, проводимая на условиях консигнации, осуществлялась через в/о "Росвнешторг". На счет последнего "Миком" и должен был перечислить упомянутую выше сумму в уплату за полученные датские свитера. Однако с сентября 1993 г. по май 1995 г. деньги из "Микома" в "Росвнешторг" так и не поступили. Неуплату "Микомом" в течение двух лет суммы в размере 150 миллионов неденоминированных рублей (по курсу того времени) вряд ли можно считать симптомом успешного бизнеса. Подобные обстоятельства и были, на мой взгляд, главной движущей силой, под влиянием которой бизнесмен Мирошин начал активно делать политическую карьеру.
Наверное, многие из саратовцев ещё помнят думскую избирательную кампанию осени 1995 года, в ходе которой Александр Мирошин выступил как независимый кандидат по 158-му Саратовскому округу. В то время его конкурентами в схватке за депутатский мандат были такие известные и популярные в области люди, как генерал Борис Громов, депутат Госдумы Анатолий Гордеев и около десятка политиков рангом помельче. Очевидно, что новичку в политике блеснуть на таком фоне было ой как не просто. И всё же Александру Мирошину это удалось, причём без особых усилий и (что немаловажно) без серьёзных материальных затрат. В избирательной кампании 1995 года на имени Александра Мирошина, наверное, впервые столь явно в Саратове был использован "чёрный РR" в сочетании с контрпропагандой.
Началось всё с того, что в одну из ночей в ряде мест Саратова  появились написанные аршинными буквами лозунги: "Мирошин – коммуняка" и "Мирошин – задница". Очевидно, что первый лозунг работал  на дезориентацию многочисленного коммунистического электората и ослабление позиций Гордеева. Второй же был великолепным информационным поводом, после чего в популярной областной газете "Саратов" появилась проникновенная статья о будущем вице-губернаторе с замечательным заголовком: "Мирошин на задницу не похож".
Правда, на тех, уже ставших далёкими выборах Александр Константинович победы не одержал. Тем не менее, столь неординарная рекламная кампания, допускающая сравнение личности соискателя думского мандата с задницей, запомнилась очень многим. Однако из этого отнюдь не следует, что в те годы Александр Мирошин относился к прессе дружелюбно. Отнюдь нет. Приветствовались лишь те публикации, которые прямо или косвенно способствовали политическому росту Александра Мирошина. Все прочие упоминания фамилии Мирошина в прессе преследовались в судебном порядке.
Одной из первых судебной атаке со стороны Александра Константиновича подверглась газета "Саратовские вести". Любопытны обстоятельства возникновения этого иска. Дело в том, что в феврале 1996 года в подъезде своего дома был взорван известный в криминальных кругах Алексей Н. По иронии судьбы в том же самом подъезде, но двумя этажами выше, чем Н., проживал и Александр Мирошин. Это заказное убийство, пожалуй, впервые в Саратове осуществлённое с помощью взрывного устройства, привлекло тогда большое внимание прессы. При этом криминальный репортёр "СВ" Андрей Куликов, проводя собственное журналистское расследование, столкнулся с весьма примечательным фактом, который и отразил в статье: большинство жителей того злополучного подъезда, с которыми удалось побеседовать журналисту, были убеждены в том, что взорвали именно Мирошина. Что же касается истинной жертвы взрыва, то многие соседи гражданина Н. о факте проживания его рядом с ними узнали только из СМИ. Изложив результаты этого неожиданного социологического открытия в своей статье, Андрей Куликов и газета "Саратовские вести" получили иск от Александра Мирошина. Это дело тянулось несколько месяцев, были даже проведены филологическая и психологическая экспертизы. Однако с течением времени Александр Константинович стал постепенно терять интерес к этому делу. В итоге оно тихо заглохло, а суд так и не вынес никакого решения. Чем же была вызвана столь болезненная реакция будущего вице-губернатора и секретаря областного Совбеза на столь невинную на первый взгляд публикацию?
***


 
Назад к содержимому | Назад к главному меню